Былой Петербург: проза будней и поэзия праздника

Ценнейшими источниками по быту купечества являются свидетельства выходцев из этих семей – писателя и драматурга Георгия Полилова (псевдоним – Северцев; 1859–1915) и журналиста и прозаика Николая Лейкина (1841–1906).

Георгий Тихонович Полилов (Северцев) в очерках «Быт петербургского купечества в 1820‐х-1840‐х годах» дает панораму купеческой жизни в ту эпоху. «В этих далеко неполных очерках, – пишет он, – я старался поместить все, что более или менее могло иллюстрировать и осветить быт петербургского биржевого купечества, хотя должен сознаться, что материалов для этого описания существует очень мало, притом же русское купечество неохотно соглашается предавать их печати»[831]. Дед Полилова-Северцева, Егор Тихонович Полилов (1788–1845), родился в Орловской губернии в купеческой семье. В 1814 году по приглашению местного купца приехал в Петербург и служил у него до 1816 года, когда открылась Биржа на стрелке Васильевского острова, и с этого времени Е. Т. Полилов постоянно работал на Бирже, торгуя пенькой, состоял в 1‐й гильдии[832].

Николай Александрович Лейкин в воспоминаниях в мельчайших подробностях воссоздает быт небогатой купеческой семьи конца 1840‐х – начала 1860‐х годов, а такие и составляли основную массу сословия. «Род наш – один из стариннейших купеческих, – вспоминает он, – состоял в петербургском купечестве с 1784 г., записавшись из ораниенбаумских купцов»[833]. Лейкин окончил Реформаторское училище (1859), где учился и дружил с Михаилом Пыляевым, какое-то время работал у отца в Гостином дворе и знал «изнутри» купцов и торговцев, которых описал в книге «Апраксинцы: Сцены и очерки из быта и нравов петербургских рыночных торговцев и их приказчиков полвека назад» (впервые опубликованы в 1863 году), а также в других многочисленных набросках «с натуры».

Основываясь на свидетельствах Полилова и Лейкина, а также привлекая другие источники, приводим общую картину купеческого быта, куда включены:

1. Дом. Интерьер жилья. Прислуга.

2. Семья. Воспитание детей.

3. Домашние обеды.

4. Бытовое поведение: распорядок дня, обычаи, одежда, чудачества.

5. Свадьба. Календарные праздники.

6. Дача. Развлечения.

1. Дом. Интерьер жилья. Прислуга

Купцы селились, как правило, вблизи места работы (у Биржи, Гостиного двора и т. д.). Если была возможность, покупали или строили для себя дом, однако большинство снимало квартиры в доходных домах, владельцами которых в основном также были купцы[834].

Убранство квартиры определялось вкусом и состоянием владельцев. В домах купцов 1‐й гильдии обязательно находилась старинная мебель красного дерева (столы, стулья, буфеты, комоды, сундуки, платяные шкафы, конторки и пр.), все это перемежалось с мебелью другого стиля, картинами, зеркалами, настенными часами, музыкальными инструментами, непременными портретами хозяев в молодости и пр. Для подобных домов, как отмечали устроители музея купеческого быта в доме купцов Ковригиных, в меблировке прослеживалась следующая тенденция: к середине XIX века «выходят из моды массивные, отяжелено богатые вещи Николаевского времени и заменяются более легковесными и капризно-искусственными вещами времени Александра II и Луи-Филиппа»[835].

Лейкин приводит описание квартиры апраксинского купца 1850‐х годов:

Тяжелая старая мебель почернелого красного дерева, с медными украшениями в виде полосок и розеток; кресла с лирами вместо спинок, пузатый комод на львиных лапах и горка с старинным серебром и аппетитными чашками с изображением птиц, генералов и криворотых барышень. На стене портреты [хозяев] Ивана Михеевича и Аграфены Ивановны, снятые в молодых летах, да картины: Фауст играет в шахматы с Мефистофилем и неизбежный Петр Великий на Ладожском озере, – на темно-зеленых волнах лодка с переломленною мачтою, которую придерживают два гребца. <…> Немного подале висят часы, на циферблате которых фламандские крестьянин с крестьянкой[836].

Сам Лейкин в конце 1840‐х – 1860‐х годах жил в доходном доме на Владимирской улице, где его отец, торговавший в Гостином дворе, снимал квартиру из шести комнат: