Чуваши в Пермском крае: очерки истории и этнографии

В основе ряда гаданий – ощущения, получаемые во время выполнения ритуала, и их интерпретация: «Ещё в мурейку в бане руку суёшь. И какая рука будет, волосатая или голая, такой у тебя и муж будет, богатый или бедный» (д. Верхний Тымбай Куединского района); «Ещё в баню ходили, если лохматый кто-то подаёт руку, значит, богатый будет жених. В окошко банное руку совали. А парни специально подшучивали, то голой рукой здоровались, то варежками. Если варежками – богатый жених будет» (д. Дойная Куединского района).

Узнать направление, откуда следовало ждать жениха, также можно было несколькими способами, например при помощи валенка: «Кидали валенок за ограду, куда носок, оттуда и будет твой жених» (с. Пантелеевка Куединского района). В другом случае для определения направления использовали длинную жердь, которой крепили сено на возу – бастрык: «Бастрык поставили, в какую сторону упадёт, туда и замуж» (д. Коровино Куединского района).

Распространённым было и гадание с ложками: «Воду замораживали в ложке. Если станет бугром – прибыль, богато жить будет, ровно – ничего не будет» (д. Кашка Куединского района).

Среди святочных гаданий известно пермским чувашам и гадание с овцами: «Овечку ловили в темноте, если старую поймаешь, то муж таким будет» (с. Пантелеевка Куединского района). От гадания с овцами, по мнению некоторых исследователей, и происходит название праздничного цикла сурхури (букв.: овечья нога)[259]. От гадания как обрядовый комплекс праздничного цикла сурхури широко представлены в культуре разных этнографических групп чувашей[260].

Другим комплексом святочной обрядности было ряженье. Чаще всего ряженых именовали сряжунчиками, реже святками. Называние ряженых сряжунчиками характерно для всей территории юго-западных районов Пермского Прикамья, а термин «святки» встречается только на тех территориях, которые освоили чуваши, так что можно предположить поволжское его происхождение. Тем более, что и в русских традициях подобные названия встречаются преимущественно в Поволжье[261]. Приёмы ряженья были разнообразны: выворачивали шубы, надевали маски или другими способами закрывали лицо, чтобы быть неузнанными, переодевались мужчины женщинами и наоборот: «Сряжунчики ходили, встречались по вечерам. Неделями сряжунчики ходили. Да всяко место наздевают, их и не узнаешь. Женщины в мужчин одевались, мужчины в женщин – не узнать. Лицо марлей ли тряпицей ли завешивали. И старые и малые. Но больше-то молодёжь ходили» (д. Маремья Бардымского района); «Чёртом, обезьяной, стариком, старухой рядились. На лицо маску из газеты, картона делали…» (д. Бормист Чайковского района); «Было принято рядиться. Парни в девок, девки в парней, маски одевали…» (с. Пантелеевка Куединского района); «Так святками и называли. Лицо у них краской и сажей намазано, шубы они навыворот надевали» (с. Пантелеевка Куединского района). Среди зооморфных персонажей ряженья информаторы отмечали медведя, корову, козу: «Ещё у нас Святки были. В них сряжались всё: в медведя, в корову…» (с. Пантелеевка Куединского района). В деревне Дойная отмечали ряженье в козу: «Бегали тоже мы в Святки. Маски делали, как козе, переводили рога самодельные, бороду делали – отрезали от коня гриву» (д. Дойная Куединского района).