Читаем До боли смешно. Скелеты в шкафу и в карьере молодого земского врача полностью

На даче в деревне, куда нас ссылали раз в году на неделю, мы успевали привести всех соседей в тонус. Наши проказы не переходили допустимые пределы и могли быть квалифицированы как мелкое хулиганство, если бы поймали с поличным.

Например, поссорившись с общей подругой и помня, что она любит молоко от козы, которую держала ее бабушка, мы злонамеренно накормили несчастное животное полынью, предварительно обернув ее в капустные листья. Коза была умным животным (полынь есть отказывалась), а мы в то время, судя по всему, не очень. Это растение искажало вкус молока: оно должно было быть горьким.

Одной из операций, которую разработали самоназванные малолетние комбинаторы, являлась многоэтапная схема истребления грядки с капустой у злобной соседки, изводившей и тиранившей нашу тихую бабулю. Методы вредительства были разнообразными. Мы купировали корни несчастной капусте и сажали ее в землю уже с одной кочерыжкой. Поливали капусту настойкой из сваренной на костре бормотухи из листьев и грибов, собранных тут же в саду.

Апофеозом стала моя поездка на минеральные воды на Кавказ и уникальные знания, которые я с собой привезла. Оказывается, минеральная вода – яд для растений. Так гласили все надписи на табличках в клумбах вокруг бюветов с минеральной водой. Поэтому было решено закупиться бутылками с минералкой и поливать несчастную капусту. На протяжении нескольких дней мы брали воду в ближайшем ларьке – самую качественную. Но, на счастье капусты, время было лихое, минеральная вода, скорее всего, разливалась в ближайшем Подмосковье за гаражами у Ашота. Поэтому ничего, кроме жидкости сомнительного качества, бутылка в себе не несла. Урожай оказался спасен.

Зато когда мы обнаружили в саду выпавшего из гнезда новорожденного мертвого птенца, решение созрело мгновенно: оба были в Кунсткамере и представляли, что с ним делать.

Бабушке поставили задачу найти водку. Поскольку местной ходовой валютой был самогон, она обменяла пару банок варенья на шкалик у соседки. Птенца мы поместили в стеклянный пузырек из-под глазных капель, залили вонючим самогоном и плотно запаковали. Это открыло ящик Пандоры нашего консервного предприятия. За неделю,


проведенную на даче, мы поместили в стеклянные пузырьки все, что смогли найти: кусок сырой говяжьей печенки, подготовленной для паштета. Глаз петуха выклянчили у соседа, который, как мы подсмотрели через забор, рубил в этот момент головы своим птицам. Даже набор пойманных дождевых червей и гусениц стоял ровными рядами на выделенной полке. Нашему восторгу не было предела.

Но закончилось лето, наступил учебный год, а с ним и необходимость выбирать специализацию класса. На выбор: биолого-химический, физико-математический и гуманитарный. В первом случае заманчивые перспективы походов на кафедру биологии с исследованием лягушек, лютиков и черепах. Все было предопределено.

Разбирая пару лет назад шкаф в кладовке на даче, я нашла те самые пузырьки, покрытые пылью и паутиной. Наши экспонаты неплохо сохранились, если не считать мутного плотного осадка на дне. Однако это от некачественного растворителя, как вы понимаете.

<p>Беглец</p>

– Но я не хочу идти к сумасшедшим, – заметила Алиса.

– Ну, тут уж ничего не поделаешь, – сказал Кот, – мы все здесь сумасшедшие. Я сумасшедший. Ты сумасшедшая.

Л. Кэрролл. Приключения Алисы в Стране чудес

В психиатрии ведь как – кто первым халат надел, тот и доктор.

Городской анекдот

В древние времена к психиатрам относились не менее подозрительно, чем к колдунам или жрецам. Как наука психиатрия началась с эллинской медицины, миновала греко-римский период, темное Средневековье с его мистикой и схоластикой. Затем Ренессанс, эпоху Просвещения, Великую французскую революцию с развитием общефилософской идеологии и наконец, совершив несколько витков, дошла и до нашего времени. Сейчас она как отдельная наука все более выходит за пределы специальных больниц и быстрыми шагами приближается к повседневной жизни.

Уже никого не удивишь наличием собственного постоянного психолога, психотерапевта или психиатра. Современный мир требует современных решений, а рынок медицинских услуг откликается на возрастающие запросы.

Перейти на страницу:

Все книги серии Медицина без границ. Книги о тех, кто спасает жизни

Когда дыхание растворяется в воздухе. Иногда судьбе все равно, что ты врач
Когда дыхание растворяется в воздухе. Иногда судьбе все равно, что ты врач

Пол Каланити – талантливый врач-нейрохирург, и он с таким же успехом мог бы стать талантливым писателем. Вы держите в руках его единственную книгу.Более десяти лет он учился на нейрохирурга и всего полтора года отделяли его от того, чтобы стать профессором. Он уже получал хорошие предложения работы, у него была молодая жена и совсем чуть-чуть оставалось до того, как они наконец-то начнут настоящую жизнь, которую столько лет откладывали на потом.Полу было всего 36 лет, когда смерть, с которой он боролся в операционной, постучалась к нему самому. Диагноз – рак легких, четвертая стадия – вмиг перечеркнул всего его планы.Кто, как не сам врач, лучше всего понимает, что ждет больного с таким диагнозом? Пол не опустил руки, он начал жить! Он много времени проводил с семьей, они с женой родили прекрасную дочку Кэди, реализовалась мечта всей его жизни – он начал писать книгу, и он стал профессором нейрохирургии.У ВАС В РУКАХ КНИГА ВЕЛИКОГО ПИСАТЕЛЯ, УСПЕВШЕГО НАПИСАТЬ ВСЕГО ОДНУ КНИГУ. ЭТУ КНИГУ!

Пол Каланити

Документальная литература / Проза / Проза прочее
Компас сердца. История о том, как обычный мальчик стал великим хирургом, разгадав тайны мозга и секреты сердца
Компас сердца. История о том, как обычный мальчик стал великим хирургом, разгадав тайны мозга и секреты сердца

Пролистав первые страницы книги Джеймса Доти, читатель наверняка подумает, что перед ним – очередные мемуары врача. И… ошибется. Ознакомившись с первыми главами, читатель решит, что перед ним – очередная мотивационная книга, в которой рассказывается, «как заработать миллион». И… опять ошибется. Да, есть в книге и воспоминания об успешных операциях на головном мозге, и практикум по визуализации желаний, и история бедного мальчишки из американского захолустья, который получил все, что захотел, включая пресловутый миллион, а точнее десятки миллионов. Но автор пошел гораздо дальше: он рассказал, что делать в ситуации, когда заветная мечта исполнилась, а счастья в жизни так и прибавилось.

Джеймс Доти

Деловая литература / Финансы и бизнес
Призвание. О выборе, долге и нейрохирургии
Призвание. О выборе, долге и нейрохирургии

Продолжение международного бестселлера «Не навреди»! В «Призвании» автор ставит перед собой и читателем острые и неудобные вопросы, над которыми каждому из нас рано или поздно придется задуматься. Вопросы о жизни и смерти, о своих ошибках и провалах, о чувстве вины — о том, как примириться с собой и с тем, что ты всего лишь человек.Генри Марш делится волнующими историями об опасных операциях и личными воспоминаниями о 40 годах работы нейрохирургом. Эта книга об удивительной жизни крайне любознательного человека, напрямую контактирующего с самым сложным органом в известной нам Вселенной.Прочитав эту книгу, вы узнаете:• каково это — увидеть свой собственный мозг прямо во время операции;• каким образом человеческий мозг способен предсказывать будущее;• что и для врача, и для пациента гораздо лучше, если последний хоть немного разбирается в человеческой анатомии и психологии;• что бюрократы способны кого угодно довести до белого каления, и в этом смысле британская бюрократия ничуть не лучше любой другой.[/ul]«Увлекательная книга, от которой невозможно оторваться… Это воодушевляющее, а порой даже будоражащее чтиво, позволяющее одним глазком взглянуть на мир, попасть в который не хочется никому».The Arts Desk

Генри Марш

Биографии и Мемуары / Документальное
Не навреди. Истории о жизни, смерти и нейрохирургии
Не навреди. Истории о жизни, смерти и нейрохирургии

Совершая ошибки или сталкиваясь с чужими, мы успокаиваем себя фразой «Человеку свойственно ошибаться». Но утешает ли она того, кто стал жертвой чужой некомпетентности? И утешает ли она врача, который не смог помочь?Нам хочется верить, что врач непогрешим на своем рабочем месте. В операционной всемогущ, никогда не устает и не чувствует себя плохо, не раздражается и не отвлекается на посторонние мысли. Но каково это на самом деле – быть нейрохирургом? Каково знать, что от твоих действий зависит не только жизнь пациента, но и его личность – способность мыслить и творить, грустить и радоваться?Рано или поздно каждый нейрохирург неизбежно задается этими вопросами, ведь любая операция связана с огромным риском. Генри Марш, всемирно известный британский нейрохирург, раздумывал над ними на протяжении всей карьеры, и итогом его размышлений стала захватывающая, предельно откровенная и пронзительная книга, главную идею которой можно уложить в два коротких слова: «Не навреди».

Генри Марш

Публицистика
Нет соединения с сервером, попробуйте зайти чуть позже