Добровольцы и ополченцы в военной организации Советского государства. 1917—1945 гг.

Вскоре после введения комплектования армии на основе обязательной военной службы наркомвоен Л.Д. Троцкий весьма нелестно обобщил свое мнение о контингенте добровольцев. Выступая на открытии I Всероссийского съезда военных комиссаров 7 июня 1918 г., он признался, что надежды на добровольцев «оправдались только на треть». Отмечая большое число «самоотверженных революционеров» в рядах РККА, он также признал, что в армии «много элемента негодного, хулиганов, лодырей, отбросов»[186]. Примерами нередко преступного поведения красноармейцев – грабежей, насилия, пьянства и дебошей – была полна провинциальная газетная хроника тех дней. Из-за того, что нередко отряды и батальоны Красной армии превращались в уголовные банды, их приходилось распускать или переформировывать. Так, 3 июня 1918 г. из Воронежского губвоенкомата во Всероссийское бюро военных комиссаров сообщали, что добровольческие части «настолько разнузданы и деморализованы, что беспрерывно приходится одну часть переформировывать за другой»[187]. Отсутствие твердой дисциплины в добровольческих частях, в значительной мере объяснимое самой их природой (вступление по доброй воле, выборность и сменяемость командиров, возможность демократического обсуждения приказов и т. д.), являлось одним из главных факторов, дискредитировавших этот путь строительства армии социалистического государства. Кроме прямого ущерба боеспособности вооруженных сил такое преступное поведение красноармейцев, их участие в реквизициях продотрядов, отталкивало от советской власти население, ибо Красная армия олицетворяла эту власть. Дело доходило до того, что на сельских сходах выносились постановления о конфискации земельных наделов и имущества крестьян, добровольно вступивших в РККА, и изгнании их семей из сел

[188].

22 и 26 апреля 1918 г. было опубликовано два декрета ВЦИК, ставших очередными шагами на пути к стабилизации красноармейского состава и переходу к комплектованию Красной армии на основе обязательной службы. Первый из документов – «Об обязательном обучении военному искусству» – предписывал обучение военному делу трудовых слоев населения от 16 до 40 лет (Приложение 3). В декрете оговаривалось, что все граждане, «прошедшие курс обязательного военного обучения, будут взяты на учет как военнообязанные. По первому призыву Рабочего и Крестьянского правительства они обязаны

будут стать под ружье и пополнить кадры Красной армии (курсив наш. – Авт.)»[189].

Фактически декрет анонсировал скорое введение обязательной военной службы. Декрет утверждал состояние военнообязанных в возрасте от 18 до 40 лет для представителей трудового класса. Второй декрет, называвшийся «О сроке службе в Красной армии», под угрозой революционного трибунала, строго запрещал добровольцам, вступившим в ряды армии, покидать ее без разрешения командования не ранее чем через шесть месяцев[190]. Декрет был нацелен против одной из главных проблем добровольческой армии – текучести красноармейских кадров.

<p>Нормативное регулирование добровольчества в условиях обязательного призыва (июнь 1918–1922 гг.)</p>

Весной 1918 г. страны Антанты, Германия, Турция, Япония предприняли военную интервенцию в Советскую Республику, захватив часть северных территорий, Украины, Закавказья, Дальнего Востока. 25 мая на огромном пространстве – от Пензы до Владивостока – против власти Советов поднял мятеж Чехословацкий корпус. Несмотря на то что части чехословаков растянулись «в нитку» на сотни километров, противопоставить им было практически нечего. Советская власть вновь оказалась на пороге катастрофы. Это стало последним доводом против дальнейшего строительства Красной армии на основе принципа добровольчества[191]

. 29 мая 1918 г. ВЦИК принял декрет «О принудительном наборе в Рабоче-крестьянскую Красную армию». В декрете указывалось, что «ввиду сложности дела и трудности его одновременного проведения на всей территорию страны» намечалось начать принудительный набор в наиболее угрожаемых областях и главных центрах рабочего движения. Народному комиссариату по военным делам предписывалось разработать в недельный срок для Москвы, Петрограда, Донской и Кубанской областей «план осуществления принудительного набора в таких пределах и формах, которые в наименьшей мере нарушали бы ход производственной и общественной жизни означенных областей и городов»[192].

Во исполнение этого решения декретом Совета Народных Комиссаров от 12 июня 1918 г. был объявлен первый призыв рабочих и крестьян рождения 1893–1897 гг. Он носил частный характер и коснулся только 51 уезда Приволжского, Уральского и Западно-Сибирского военных округов[193]. В результате принятых мер численность Красной армии к августу 1918 г. составила 411,4 тыс. человек[194].