Дыхание: простой инструмент для ментального и физического здоровья

В таких случаях помогает правильный ритм движения и дыхания. Во время восхождения мы идем в определенном ритме: один шаг делается на вдох-выдох. Вдох-выдох — шаг. Кажется, это очень медленно, но на высоте по-другому не получается, иначе возникнет одышка. На восхождении мы набираем в день штурма 1800 вертикальных метров. По расстоянию это 5 километров, а занимает около 10 часов — довольно медленное движение, понимаете? В подготовке самое важное, чтобы каждый человек и группа в целом почувствовали этот темп, привыкли к медленному передвижению, но при этом к равномерной, правильной ходьбе в ритме с дыханием. Ритм движения и ритм дыхания — это главное.

— У вас были случаи, когда люди впадали в эйфорию от гипоксии?

— Однозначно — на спуске, когда кислорода становится больше, это происходит. На короткий промежуток времени группа не чувствует физической усталости, у всех моральный подъем — кислорода становится больше, и люди начинают ощущать прилив сил. Потом, правда, силы быстро заканчиваются, на спуске начинают болеть колени, и эта эйфория пропадает.

О себе могу сказать. Я катаюсь на горных лыжах, занимаюсь альпинизмом и иногда впадаю в медитативное состояние. Именно в горах получается достичь такого состояния, и, думаю, дело не в составе горного воздуха, а в совпадении движения тела и дыхания. Мне нравится, когда мои движения попадают в один ритм с дыханием, я в каком-то трансе нахожусь в этот момент. И тогда все проблемы уходят. Ощущаешь полную гармонию.

Глава 11. Гипоксия — наш друг!

Перефразируя Парацельса, гипоксия есть яд и есть лекарство — все зависит от дозы. Это глава о том, как использовать кислородное голодание себе во благо, в каких случаях и кому гипоксические тренировки помогут стать здоровее.

Мне двадцать. Я курсант третьего курса факультета подготовки авиационных врачей Военно-медицинской академии имени С. М. Кирова. Стою навытяжку, а пожилой врач внимательно заглядывает мне в ухо через зеркало Воячека, светит фонариком, напевая под нос: «Не кочегары мы, не плотники…» У врача добрые глаза и мягкая улыбка, но обманываться не стоит: забракует — и дело с концом. Сергея уже отправил в казарму: «С насморком я вас, батенька, в барокамеру не пущу. Поправляйтесь». — «Иван Акандинович…» — «Товарищ курсант… Свободны».