Джамьянг Кхьенце Чокьи Лодро. Жизнь и эпоха

Говоря вкратце, у Кхьенце Чокьи Лодро было бесчисленное количество учеников, которые получили у него дар святой Дхармы как с глазу на глаз, так и во время общих учений. В число его учеников входили также благородные держатели линий учений из Кхама, Центрального Тибета, Индии и Китая; преданные спонсоры учений, проявляющие щедрость, что приносит плоды в будущем; а также те, кто практиковал в уединённом ретрите, осуществляя активность, приносящую благо себе и другим.

6. О том, как Джамьянг Кхьенце Чокьи Лодро спонтанно выполнил накопление обширных заслуг, осуществляя свою обычную активность

Основной задачей благородных мастеров является поддержание процесса изучения и практики учений. Арья Нагарджуна, второй Будда, расширил сферу распространения Дхармы Будды, организуя поселения для проживания сангхи, строя новые монастыри, возводя символы тела, речи и ума и совершая им подношения, проявляя заботу о священных реликвиях и относясь к ним с почтением, проявляя щедрость к нуждающимся и несчастным. Точно так же поступал и наш благородный Владыка Гуру. Он делал всё спонтанно – выполнял практику, изучал Дхарму, осуществлял просветлённую активность – и ни один аспект его активности не противоречил другим. То, как он распространял учения, – а это являлось его главной задачей – уже было описано выше.

Что касается ответственности Кхьенце Чокьи Лодро за проекты его предшественника, то в первой половине своей жизни перед тем, как его активность набрала полную силу, ему было очень непросто. Тем не менее он обладал огромной энергией и силой ума и никогда не позволял себе падать духом. Он просто старался делать всё, что было необходимо, не пускаясь в долгие раздумья.

Он совершал путешествия для сбора средств, которые могли занять целые лето и зиму. Подобные путешествия в священных текстах обычно описываются красивыми метафорами. Например, в одном тексте сказано:

Сладкий аромат цветка, или сандалового дерева, или даже благовония, что сделано из сотни разнообразных растительных ингредиентов,Всегда разносится в направлении ветра и никогда против него.Но благоухание совершенных качеств благородных существ не зависит от направления ветра,Оно разносится во всех направлениях.

Когда слава о его благородных качествах разлетелась по всей стране на крыльях ветра из Малайи[204], Кхьенце Чокьи Лодро стал знаменит. К нему постоянно обращались с просьбами о защите от злонамеренных сил и молитвах на благо умерших. Вдобавок к подношениям, которые Чокьи Лодро получал за все эти ритуалы, его ученики (а среди них были как богатые, так и нищие) тоже постоянно что-то ему подносили. Кхьенце Чокьи Лодро всегда использовал средства исключительно для тех целей, на которые они были поднесены, и было немыслимо, чтобы он растратил хотя бы часть из них. Если что-то оставалось, он тратил всё на создание священных образов и ступ, на издание текстов, на благотворительность и подношения.

Далее я расскажу, как Кхьенце Чокьи Лодро раскрыл врата в бескрайнее пространство драгоценной щедрости.

После того как он пробыл в монастыре Дзонгсар несколько лет, всеведущий Кхатог Ситу Ринпоче сказал ему:

– Сложившиеся благоприятные обстоятельства привели к тому, что ты был распознан Джамгоном Конгтрулом Ринпоче как эманация активности Кхьенце Вангпо, а это значит, что на тебе лежит ответственность сохранять учения линии передачи Кхатог; в частности, тебе следует помогать мне поддерживать работу шедры и строить символы тела, речи и ума. Однако в соответствии с предсмертной волей Келсанга Дордже я был вынужден отправить тебя в монастырь Дзонгсар. К сожалению, это привело к образованию в монастыре двух партий – тех, кто тебя поддерживает, и тех, кто тебе не благоволит. Всё это указывает на то, что тебе пора вернуться в Кхатог.

На это Чокьи Лодро ответил следующим образом:

– Поскольку меня выбрали стать наместником монастыря Дзонгсар, то главную свою задачу я вижу в том, чтобы принести этому монастырю хотя бы какую-нибудь пользу. К тому же нет никаких сомнений в том, что пока вы с нами, Ринпоче, всё равно никто не сможет сохранять линию монастыря Кхатог лучше, чем вы сами. Однажды я действительно буду нужен в монастыре Кхатог, и вот тогда – обещаю вам это – я позабочусь о монастыре, приняв на себя полную ответственность за него на двенадцать лет.

Ситу Ринпоче тогда долго смотрел на Чокьи Лодро полными удивления глазами, и в конце концов полным любви и радости голосом сказал следующее:

– Истинно так! Что тут можно добавить?! Сделай, как задумал, и этим исполнишь то, чего я так хотел.