Джамьянг Кхьенце Чокьи Лодро. Жизнь и эпоха

Всеведущий Кхьенце Вангпо относился к учениям кама с большим уважением, считая их жизненной силой учений традиции ньингма. Он убедил Терчена Чоклинга получить объяснения к «Гухьягарбха-тантре», с тем чтобы объединить своё внутреннее и приобретённые знания, а также постоянно упоминал в разговорах с Палъюлом Гьятрулом Донгагом Тензином и другими учителями, что кама являются наиболее важными учениями школы ньингма. И точно так же, как и его предшественник, Кхьенце Чокьи Лодро за свою жизнь несколько раз даровал передачу учений кама.

Осуществляя эти активности, Кхьенце Чокьи Лодро оказывал существенную поддержку учениям линий Кхатога, Палъюла, Шечена, Дзогчена, а также линии передачи Чоклинга нижнего и верхнего регионов. В шедрах и монастырях он установил традицию изучения текстов, составленных учёными и сиддхами, таких как Со, Зур и Нуб, а также текстов, составленных Ронгзомпой и Лонгченпой, и комментариев к ним, составленных Джамгоном Мипамом Ринпоче. Он стал царственным украшением бесчисленных держателей линий передачи школы ньингма, в особенности дхарма-центров, где сам же установил упомянутые традиции. Его намерение и активности были совершенны во всех своих аспектах и стали источником, проясняющим суть линии традиции ньингма в самой аутентичной форме. Он считается великим Владыкой видьядхар линии ньингма.

У Кхьенце Чокьи Лодро постоянно случались видения, в которых он получал благословения от божеств, видьядхар и дакини – проявлений светоносной мудрости. Далее я приведу некоторые из его чистых видений, как они описаны в его собственном дневнике.

В год Огненной Обезьяны (1956) на двадцать девятый день десятого месяца я прибыл на озеро Цо Пема[264] и стал совершать вокруг него кору. После того как я вернулся домой, в моём сердце зародилась сильнейшая преданность, и у меня случилось чистое видение, в котором я встретил Гуру Ринпоче, тело которого было прозрачным и излучало свет. Я был сильно впечатлён этим видением, и у меня возникло сильное желание составить садхану гуру-йоги, что я безотлагательно и сделал.

В тот же год на девятнадцатый день второго девятого месяца, я ночевал в Друлшунг Дзагаге, и у меня возникла боль в груди и животе, от которой меня избавило лекарство (гитиг) и благословение Гуру Ринпоче.

На двадцать девятый день по пути из Друлшунг Дзагага у меня случилось видение, в котором я встретил Гуру Цокье Дордже Чанга (Гуру Ваджрадхара, рождённый в лотосе) в форме, похожей на ту, о которой сказано в тексте Мипама Ринпоче «Семистрочная молитва гуру-йоги». В результате этого медитативного опыта в моём уме сложился текст практики гуру-йоги Царчена Ринпоче.

На девятнадцатый день второго девятого месяца по пути из Тхангку начался небольшой дождь – как раз в тот момент, когда я находился в чаще леса. Небо было звенящего голубого цвета, а облака носились то влево, то вправо. Я был вдохновлён этим чудесным видом, и мой ум установился в расслабленном состоянии. Тогда у меня возникло видение, и в нём я встретил Гуру Ринпоче, на котором было парчовое одеяние, украшенное орнаментами из черепов и костей в стиле Захора. Он появился в голубом небе. В его правой руке была ваджра. Затем в небе появились Сараха, Шаварипа, Куккурипа, Майтрипа и Марпа Лоцава.