Джамьянг Кхьенце Чокьи Лодро. Жизнь и эпоха

Двумя днями позже пожилой лама Доко Чулу попросил Ринпоче помолиться и благословить двух лошадей, которые собирались отправить в Цурпху в качестве подношения Гьялвангу Кармапе с просьбой прочесть для Палпунга Ситу молитвы посвящения. Доко Чулу хотел, чтобы Ринпоче своим благословением посодействовал тому, чтобы подношения были благополучно доставлены адресату. Ринпоче подошёл к окну, увидел на улице двух холёных лошадей и благословил их, бросив в их сторону немного риса.

ДЕВЯТЫЙ САНГЬЕ НЬЕНПА РИНПОЧЕ

Предшественник нынешнего Десятого Сангье Ньенпы Ринпоче регулярно присутствовал на передачах в монастыре Дзонгсар и, как правило, останавливался в доме своего младшего брата Дилго Кхьенце в Дилго Цанге. Прогуливаясь, он обычно совершал обход шедры Кхамдже, но не ограничивался лишь внутренним комплексом зданий, а выходил за внешнюю ограду и затем выполнял по сотне простираний у западных и восточных ворот, молясь, чтобы в будущем он тоже смог обучаться в такой же шедре. Однако, по словам Дилго Кхьенце, несмотря на свою преданность самому Ринпоче, Сангье Ньенпа ощущал более тесную связь с монастырём Палпунг.

Девятый Сангье Ньенпа был тулку линии камцанг кагью. Он был выдающимся учителем, а также усердным и упорным практикующим. Он построил огромное количество символов тела, речи и ума Будды, включая тысячу статуй. Когда он собирал священные субстанции, чтобы заполнить эти статуи, то обнаружил в доме своего брата большую деревянную часть от кровати Чокьи Лодро, которую при желании можно было использовать в качестве трона, добавив сзади спинку.

– Поскольку это можно считать частью трона Джамьянга Кхьенце и его перерождения, – заключил он, – то более драгоценного символа просто не найти! Я добавлю это как священную субстанцию в тысячи статуй Будды.

Так он и сделал – расщепил эту часть трона на тысячу небольших колышков и каждый использовал в качестве центральной опоры для отдельной статуи.

ВОСЬМОЙ КХАМТРУЛ

Восьмой Кхамтрул Донгью Ньима был великим ламой, который обладал очень высоким статусом, но я не знаю, обладал ли он реальной властью и пользовался ли реальным уважением. Поскольку он был ламой с высоким статусом, то по традиции мог посещать монастыри лишь в том случае, если получал официальное приглашение. В силу определённых причин Дзонгсар такого приглашения ему не высылал, но поскольку Кхамтрул Донгью Ньима очень хотел повстречаться с Чокьи Лодро, то он решил нарушить эту условность и приехал в монастырь без официального приглашения.

Он разработал чёткий план путешествия в Дзонгсар, но в последний момент непредвиденное препятствие помешало его отряду выдвинуться из Кхампа Гара в полном составе. Однако это досадное происшествие не остановила Кхамтрула Донгью Ньиму, и он, оставив своих спутников позади, всё же выехал в путь в сопровождении всего четырёх помощников – Ламы Дронгпы, Тогдена Аджама, Алонга и монаха по имени Нгагтен. Они отправились в дорогу инкогнито, переодевшись обычными мирянами. Им пришлось пойти на такие ухищрения потому, что в противном случае Кхамтрулу Донгью Ньиме пришлось бы заезжать во все монастыри, располагавшиеся на его пути, делая подношения, принимая подношения и так далее – другими словами, следовать всем обычаям, которые так часто создают массу дополнительных сложностей.

Кхамтрул Донгью Ньима и его небольшой отряд торопились – они хотели добраться до Дзонгсара засветло. Они разбили палаточный лагерь близ пастбища серых земель, в окружённой холмами долине в одном перевале от монастыря. На следующее утро, как только взошло солнце, Алонг, который раньше был монахом монастыря Дзонгсар, и его друг-мирянин выехали вперёд, чтобы согласовать с Чогденом прибытие всего отряда. Алонг получил строгое указание не рассказывать ни единому человеку в монастыре, кто возглавляет отряд путешественников.

Алонг и Чогден были приятелями, когда ещё оба они жили в монастыре Цечу. Поэтому, как бы ни старался Алонг скрыть имя ламы, возглавлявшего отряд, Чогден, стоило ему взглянуть на обувь и одеяния монахов (а это были ботинки с позолоченной оторочкой, которые обычно носят монахи монастыря Кхампа Гар, и традиционные тёмные одеяния, обшитые красной каймой), сразу понял, откуда прибыл отряд и что, скорее всего, загадочный лама, который его возглавляет, – это не кто иной, как Кхамтрул Донгью Ньима. Он поспешил с Алонгом в палаточный лагерь и сразу вошёл в палатку, полог которой был откинут.

Дилго Кхьенце Ринпоче, Кхамтрул Ринпоче и Нетен Чоклинг Ринпоче. Бенури, долина Кангра, 1964 г. Фото предоставлено архивом монастыря Шечен

– Ага! Это же сам Кхамтрул Донгью Ньима, не так ли? – воскликнул он и немедленно выразил своё почтение тремя простираниями.

– Мне хотелось бы встретиться с Ринпоче. Не мог бы ты организовать для меня такую встречу? – спросил его Кхамтрул. – Я приехал как обычный паломник, поскольку хочу получить от Ринпоче учения, чтобы установить между нами духовную связь.