Джамьянг Кхьенце Чокьи Лодро. Жизнь и эпоха

Я направляю свои стопы в Дранен Гаг – в сей оплот тёмных сил, которые надлежит подчинить, – и вам, Ринпоче, необходимо незамедлительно выехать следом. Я ожидаю также, что к нам присоединятся все местные тулку, монахи и миряне. Если дела пойдут как надо, мы управимся за день. Если возникнут некоторые осложнения, это займёт около месяца. Если же всё будет против нас, то придётся усердствовать не менее трёх месяцев. Но сколько бы ни ушло времени на эту благородную миссию, следует особо позаботиться о том, чтобы у всех участников ритуалов было вдоволь яств и напитков.

Дрикунг Тертон Осэл Дордже. Фото со страницы Drikung Tertön Ösel Dorje в социальных сетях

После такого пламенного призыва все, конечно же, без промедления отправились в Дранен Гаг, и ритуал подчинения был успешно совершён. По мнению тертона, всё прошло так гладко именно благодаря благословению Ринпоче. На обратном пути в Дзонгсар тертон успел осушить рог домашнего вина и был довольно пьян, а потому принялся предсказывать будущее. Об этих предсказаниях вполне можно судить по одному из них: «Тринадцать зловещих демонов пробудятся в Дранен Гаге». Тем временем отряд остановился на ночлег во дворце Сомо, и люди слышали, как Ринпоче сказал: «Нам бы записать всё, что сегодня говорил тертон, да только вот пера-то я никак и не найду. Нагнал он, конечно, жути! Никто не спорит, он вполне успешно выполнил ритуал подчинения, но эти его предчувствия… Нет никакой уверенности, что они сбудутся, и если этого действительно не случится, его репутация может существенно пострадать. Ему бы, конечно, не следовало сыпать пророчествами налево и направо».

Позже жители Кхама, особенно кхампы Деге, оказали яростное сопротивление китайским солдатам, вторгшимся на их землю, и многие из них погибли именно в Дранен Гаге. Дилго Кхьенце узнал об этом во время своего визита в центр Юнгдрунг в Лондоне, в котором его сопровождали Тенга Тулку, я и несколько других тибетцев. Узнав об этом, он признал, что те предсказания тертона оказались довольно точными.

Певар Тулку рассказал эту историю практически слово в слово, как и Гонгна Тулку, но добавил, что монахи похоронили красноносую мышь с искривлённым хвостом в яме, где были запечатаны подчинённые духи. Очевидно, мышь появилась в тот момент, когда Ринпоче и Тертон Осэл Дордже бросили символическую темницу в яму. Оба потом сказали, что у мыши не было шансов выжить. Тогда монахи стали махать накидками, чтобы спихнуть еле живую мышь в яму, где потом её засыпали землёй и камнями. Всё это время тертон выкрикивал: «Победа за небожителями (лха гьял ло)!» – после чего заявил, что теперь все обстоятельства будут благоприятными.

Дилго Кхьенце тоже рассказал мне историю о Тертоне Осэле Дордже. Каждый вечер Ринпоче обычно уединялся в своей комнате, садился лицом к северу и выполнял ритуал подчинения силой Ваджракилаи, в то время как тертон в своей комнате садился лицом к югу и выполнял ритуал подчинения силой Ямантаки традиции дрикунг. Они практиковали подобным образом на протяжении многих дней, и тертон относился к ритуалу со всей серьёзностью – с энтузиазмом бил в барабаны и звенел кимвалами, а также энергично играл на всех остальных музыкальных инструментах. Кульминацией всего этого и стала та церемония, в ходе которой обе практики одновременно завершались бросанием соответствующих символов в яму.

После того как бросание было выполнено и все стали повторять слова из садханы: «ОМ А ХУМ! Золотой напиток становится великим океаном амриты незагрязнённой мудрости…» – тертон попросил принести ему ритуальный головной убор.

Чогден достал из сумки несколько шапок и обратился к нему с вопросом:

– Какая вам больше нравится?

Тертон выбрал шапку видьядхары (ригдзин чогша), надел её и встал лицом к югу. Ринпоче выбрал чёрную защитную шапку (шанаг трогшу) и встал лицом к северу. Другие тулку и монахи сели в круг немного поодаль, а миряне устроились за ними. Когда стали читать молитву призывания, тертон подпрыгнул и подкинул символ подчинения в воздух. Но в то самое время, как он это сделал, с его головы свалилась шапка, и когда символ и шапка приземлились, оказалось, что шапка накрыла символ.

– Ну уж нет! – воскликнул тертон. – Так не годится! Ну-ка, заберите шапку оттуда!