Примерно в то же время, когда я работала с Кристал, я приболела и оказалась в постели. Я пригласила на ужин нескольких соседей, поэтому написала им сообщение, чтобы они знали о ситуации, и оно было примерно таким: «Всем привет, надеюсь, вы в порядке. Мне очень жаль отменять встречу, но я действительно нездорова и не смогу провести наш ужин в субботу». Среди пожеланий выздоровления ответ одной из соседок гласил: «О нет, я в ужасе! Я столько всего хотела вам рассказать! Пожалуйста, поскорее выздоравливайте, чтобы мы могли провести встречу!»
Меня стошнило в ведро, стоявшее рядом с моей кроватью, и я задумалась. Почему они не написали: «Мне очень жаль слышать, что вы нездоровы. Конечно, мы можем отменить встречу. Не торопитесь выходить на работу. Дайте мне знать, если я могу чем-то помочь»? Или даже: «Нет проблем, в этот раз я могу быть ведущим. Просто приходите, если будете готовы в этот день». Я бы так и ответила, независимо от того, удовлетворила бы я свои потребности или нет, потому что (по крайней мере согласно моим принципам), если кому-то плохо, не надо говорить о себе. Вы должны справиться с собственными чувствами и проявить сочувствие. Возможно, вы отправите сообщение через день или два, просто чтобы сказать: «Как дела? Думаю о тебе. Надеюсь, тебе лучше». Возможно, во мне говорит Скала, но мне кажется, что это достойный поступок.
Когда мне стало лучше, я рассказала о своих чувствах на терапии, и мой терапевт, который всегда сразу переходит к делу, спросил меня, что бы я хотела сказать в ответ. Мне не пришлось долго раздумывать.
Мой ответ был бы таким: «Я расстроена тем, что в вашем сообщении вы сосредоточились только на своих потребностях. Это выглядело эгоистично».
«Ах, – сказала она. – Совершенно разумно. – Затем она улыбнулась: – А также совершенно неприемлемо».
Вскоре мы уже смеялись над правдивостью ее слов – как чувства могут быть настолько разумными, настолько оправданными, но при этом с точки зрения общества настолько неприемлемыми. Я знаю эту соседку, так ответившую мне, не очень долго, поэтому не могу оценить ее личность более полно, но если бы мне пришлось гадать, я бы сказала, что она была Ловкачом, как Кристал, и в этом проявился ее «славный парень» – он расстроился, потому что «вложился» в наш вечер и теперь не получит отдачу. У нее были потребности, которые она планировала удовлетворить за счет нашего ужина, и ее разочарование просочилось в текст. Не то чтобы я отказывала ей в возможности разочарования, но она могла бы взять на себя большую ответственность за свои потребности и понимать, что ее эгоизм может обидеть.
На занятиях с Кристал я задала ей тот же вопрос: если бы она могла свободно поговорить со своими родителями, что бы она хотела сказать?
Она ответила так: «Ребята, я знаю, что вы заботитесь обо мне, но мне и так приходится нелегко, и что действительно было бы полезно, так это иметь пространство и время, а не тратить вечер пятницы на пробки, а потом говорить детям, чтобы они вставали чуть свет в субботу утром, потому что дедушка любит гулять в ранний час. Ладно, может быть, я бы не стала так говорить». Она рассмеялась, представив себе последствия своей откровенности. Или второй вариант: «Конечно, приезжайте и посидите с детьми здесь одну ночь. Это было бы просто замечательно!»
«И как, по-вашему, это будет воспринято?» – спросила я.
«Не очень! – мгновенно ответила Кристал. – Папа не любит водить машину, поэтому они найдут какой-нибудь предлог, чтобы не ехать. Возможно, скажут что-нибудь о маминой больной спине, что заставит меня чувствовать себя виноватой. А если бы мы все-таки поехали к ним, но позже, то есть я позволила бы детям поспать как дома, они бы сказали что-нибудь пассивно-агрессивное вроде того, что почти не видят внуков. Это просто не стоит таких хлопот».
Вполне разумный ответ Кристал и совершенно неприемлемый для ее родителей. Как и многие другие Ловкачи, она чувствовала, что находится между условным принятием и полным отказом от принятия.
Условное принятие – это чувство одобрения, которое мы получаем,
Может быть, вы чувствуете себя желанным гостем в своей семье, пока не суетитесь и не выражаете свои чувства, или вы обнаруживаете, что ваши друзья предпочитают ту версию вас, которая устраивает вечеринки или подставляет всем плечо, чтобы поплакать. Чувствуя, что ваше признание зависит от выполнения вами невысказанных условий, вы можете не рисковать и не показывать свои скрытые стороны или позволить кому-то другому приложить к этому усилия. Если вы ведете себя скрытно, это не только приучает людей в вашей жизни ожидать от вас большего, но и лишает вас (и их) возможности узнать вас более полно, оценить вас более глубоко и предложить вам безусловное принятие, которого вы так жаждете.