Нам, в том числе и Сесилии, позволено развиваться как людям и меняться в своих отношениях с другими. Возможно, вы запрятали свои потребности в глухой угол и стали социальным цементом в своей семье или дружеской компании, но не обязательно, что все так и останется. Возможно, вы лучше всех справляетесь с задачей создания комфорта для других, но это не делает ее вашей обязанностью. COVID научил нас, что все может измениться и мы можем адаптироваться к изменениям, так почему бы не измениться в некоторых случаях намеренно и обратить это во благо себе?
Сесилия внесла изменения в то Рождество и, вместо того чтобы стремиться к комфорту всех остальных, оставила пространство для других, чтобы они могли заполнить его, если захотят, и вернулась в январе – рассказать мне, как все прошло.
«Временами было неловко, – начала она. – Моя свекровь всегда ждет, что я куплю подарки для детей, но в этом году мой муж прислал ей несколько предложений. И вот в канун Рождества она приезжает и ничего не покупает. Она объясняет это тем, что не смогла добраться до магазина, потому что в понедельник у нее был анализ крови, а во вторник нужно было ждать посылку, и, честно говоря, отговорки продолжаются до бесконечности. Но это женщина, которая постоянно встречается с подругами за чашечкой кофе и ходит по магазинам, и, кроме того, мы говорили об этом еще в ноябре!»
«Так что же произошло?» – спросила я.
«Ну, в рождественское утро ей пришлось открыть сумочку и раздать наличные. Дети, честно говоря, были в восторге, но она рассердилась. Видно было: она считает, что это моя вина».
«Ух ты. Звучит не очень», – сказала я, чувствуя, как в груди нарастает напряжение.
«Знаете, как ни странно, я была не против. Я настроила себя, да и ее тоже, на то, что буду идеальной невесткой, которой ничто не будет мешать. И я довела себя до оцепенения, чтобы сохранить это состояние. Даже когда она сделала свои обычные, мягко говоря, неуместные замечания за столом, которые мы все должны были игнорировать, я в кои-то веки высказалась. Я не была груба, я просто сказала, что не согласна, и позволила атмосфере сгуститься».
В прошлом Сесилия заслужила похвалу, снабдив свекровь красиво упакованными и со вкусом подобранными подарками для всех остальных. Но отказ от роли спасительницы всех остальных был не падением с небес, которого она боялась, а прыжком веры в то, что люди по-прежнему будут принимать ее, когда она будет заботиться и о себе. В рождественское утро она получила от свекрови десятифунтовую купюру и подумала о том, какую книгу купит на нее – ту, которую захочет прочитать, а не ту, которую ежемесячно выбирают члены книжного клуба; их выбор обычно ее не устраивал. И на этот раз она возьмет любимую книгу в постель с чашкой чая.
Для Сесилии в прошлом было привычным, что на первое место выходят чувства других людей, потому что напряжение, вызванное разводом родителей, очень ее расстраивало. Она делала все необходимое, чтобы разрядить обстановку или облегчить всем жизнь. Она ставила других на первое место, потому что они не ставили ее на первое место и позволяли ей брать на себя ответственность, скреплять семью, делать всю рутинную работу, а свои потребности прятать в дальний угол. Уход от привычного самоотречения открыл Сесилии ее чувства, ее значимость, ее ожидания и права. Это было нелегко, но, как она сказала, «все к лучшему», потому что наконец она снова почувствовала связь с собой и вышла из оцепенения. Она почувствовала себя живой и взволнованной предстоящими переменами.
Скалы приходят в терапию хорошо подготовленными, чтобы пережить кризис, но они должны научиться избегать кризиса, чтобы процветать. Если это похоже на вас, вы обязаны разработать свою собственную версию успеха и понять свою собственную версию счастья, и пусть это будет нечто большее, чем просто свобода от чувства вины. Чувство вины побуждает нас устранять чужие беды, когда мы их видим (или предвидим). Но отстранение от себя, когда приоритет отдается другим, приводит к тому, что у людей остаются неудовлетворенные собственные потребности, и они также лишают других возможности выбора. Сесилия хотела защитить своих родителей от их бед, но это не входило в ее обязанности и не сподвигло взрослых учиться на собственных ошибках и развиваться как родителям. Она пыталась защитить свекровь от стресса, связанного с рождественскими покупками, или от кажущегося отдаления внуков, когда они потеряли к ней интерес; но это были результаты выбора, который сделала свекровь, предпочитая в первом случае оставлять все на последнюю минуту или, во втором, говорить с внуками о своей жизни, а не об их. Будет ли она вести себя по-другому в следующем году, пока неясно, – но, по крайней мере, поведение Сесилии показало, что у нее есть выбор.