Экономика за вечер. Все заблуждения о богатстве, инфляции и твоей зарплате

Спустя 12 лет Элвин разорится, перестанет посещать ночные клубы и модные магазины. Те, кому он раньше покровительствовал, вспоминая о нем, будут говорить как о каком-то дураке. Он будет писать письма с просьбами Бенджамину. А Бенджамин, по-прежнему придерживающийся того же соотношения расходов и сбережений, теперь не только обеспечит больше рабочих мест, чем когда-либо, поскольку его доход возрос благодаря инвестициям, но через инвестиции поможет создать лучше оплачиваемые и более производительные рабочие места. Его богатство, выраженное в капитале, и доход станут больше. Словом, Бенджамин сделал вклад в производительность страны, а Элвин – нет.

2

Многие заблуждения, связанные со сбережениями, проистекают из путаницы, особенно поражающей, когда ее обнаруживаешь у широко известных авторов по экономике с хорошей репутацией. Например, слово «сбережение» иногда используется в значении обычного «запаса» денег, а иногда – в значении «инвестиция», причем без четкого разграничения обычно принятого в употреблении этих понятий.

Обычное «припрятывание» карманных денег, если это происходит иррационально, без конкретной накопительной цели и в немаленьких масштабах, для большинства экономических ситуаций пагубно. Но такой вид накоплений очень редок. Нечто похожее на это часто происходит после того, как начался спад в бизнесе. Как потребительские расходы, так и инвестирования сокращаются. Потребители сокращают свои покупки. Они делают это отчасти из-за страха, что могут остаться без работы и средств к существованию. Этот страх заставляет бережнее относиться к личному бюджету. То есть они сокращают свои покупки не потому, что хотят меньше потреблять, а чтобы создать «подушку безопасности» на случай, если на самом деле потеряют работу.

Но есть еще причина, по которой потребители сокращают свои покупки. Если цены на товары уже упали, люди боятся дальнейшего их падения. Они верят, что если они отложат свои расходы, то смогут приобрести больше. Они хотят хранить свои ресурсы не в товарах, падающих в цене, а в деньгах, которые, как они надеются, вырастут (относительно) в ценности.

Те же самые ожидания препятствуют людям в инвестировании. Они либо потеряли уверенность в прибыльности бизнеса, либо думают, что если подождать несколько месяцев, то акции и облигации можно будет приобрести по более дешевой цене. Такие потребители не хотят иметь на руках товар, который может упасть в цене, держат деньги для роста.

Временный отказ покупать нельзя называть «сбережением». Он не проистекает из тех же мотивов, что и нормальное сбережение. И еще более серьезной ошибкой будет утверждать, что подобного рода «сбережения» являются причиной экономических депрессий. Они, наоборот, являются последствием кризисов.

Верно то, что подобный отказ покупать может усилить и продолжить депрессию. Во времена капризного вмешательства правительства в бизнес и непредсказуемого поведения власти, когда бизнес даже не знает, чего от нее ожидать в следующую минуту, появляется неопределенность.

Прибыли не реинвестируются. Компании и граждане позволяют остаткам денежных средств накапливаться в банках, создавая большие резервы на случай непредвиденных обстоятельств. Такое накопление наличности может показаться причиной последующего замедления деловой активности.

Однако реальная причина заключается в неопределенности, вызываемой государственной политикой. Большие остатки денежных средств фирм и физических лиц – лишь одно из звеньев цепи последствий от этой неопределенности. Обвинять «чрезмерные сбережения» в упадке бизнеса – то же самое, что считать виной за падение цен на яблоки не небывалый урожай, а людей, отказывающихся дороже платить за эти яблоки.