Если бы наши тела могли говорить. Руководство по эксплуатации и обслуживанию человеческого тела

Уже в начале 1980-х гг. метод начали применять на людях. Один электрод помещали на кожу человека, а другой внутрь сердца. Затем использовался высоковольтный ток, чтобы сжечь ткань между электродами в стенке грудной клетки. Процедура не отличалась точностью, к тому же, если врач не попадал в мишень, были возможны осложнения вплоть до сердечной недостаточности и, по некоторым данным, к «разрыву сердца».

Но в тех случаях, когда метод срабатывал, он был явно предпочтительнее операции на открытом сердце, которая была единственным способом разрушения анормальных токопроводящих путей до изобретения абляции. Таким образом, к середине десятилетия электрофизиологи положили начало современной тенденции «малоинвазивной» хирургии: после их процедуры человек мог выйти из больницы уже спустя 24 часа и всего с одним крошечным шрамом. У пациента, выбирающего между абляцией или развороченной грудной клеткой, особых сомнений не возникало. Высоковольтный постоянный ток более-менее успешно лечил синдром Вольфа – Паркинсона – Уайта и позже стал использоваться при других аномалиях сердечного ритма.

В 1987 г. началось производство современных катетеров, которые использовали радиоволны для нагрева электрода в кончике катетера, что повысило точность и скорость процедуры. Вот как Американская кардиологическая ассоциация описывает суть операции потенциальным потребителям: «Радиочастотная энергия (подобная микроволновому излучению) разрушает небольшую область сердечной ткани, вызывающую слишком частое и нерегулярное сердцебиение».

Судя по описанию, операция не из приятных, но на самом деле на внутренней стороне сердца нет болевых рецепторов, поэтому во время абляции пациент часто остается в сознании. Точно так же, как когда вы смотрите на солнце, которое безболезненно сжигает вашу сетчатку, кто-то может жечь ваше сердце прямо сейчас. (Хотя вы можете увидеть провод, торчащий из паха.)

У людей с синдромом Вольфа – Паркинсона – Уайта кардиологи могут измерить скорость прохождения тока по анормальному пути. Чем она выше, тем выше риск внезапной остановки сердца и тем больше причин провести абляцию. Миллионы жизней были улучшены, а иногда и спасены с помощью стратегического ожога. В 1998 г. The New York Times сообщила, что абляция «устраняет некоторые разрушительные дефекты сердца навсегда»{160}. Процедура бывает успешна в 99 % случаев, она ликвидирует необходимость в медикаментах и часто является альтернативой операции на открытом сердце В то время как уровень смертности от сердечно-сосудистых заболеваний стремительно растет, использование метода абляции кажется слишком хорошим, чтобы быть правдой.

Почему все больше и больше людей умирает от сердечных заболеваний? Ведь у нас такие продвинутые технологии

Это возвращает нас к самому распространенному виду аритмии – фибрилляции предсердий, из-за которой удваивается риск смерти в раннем возрасте, повышается риск развития инсульта. От нее страдает все больше и больше людей, включая Корда Джефферсона.

В 1998 г., когда только начался всплеск этого заболевания, электрофизиологи из города Бордо во Франции обнадежили весь мир, намекнув, что стоят на пороге еще одной революции в кардиологии. Мишель Хейсагерр и его коллеги сообщили в журнале New England Journal of Medicine следующее: им удалось провести успешное лечение 28 пациентов с диагнозом «мерцательная аритмия», используя стратегическую абляцию их сердечной ткани в областях вокруг легочных вен{161}. После этого пациентам больше не требовался прием медикаментов. Новость разлетелась по всему свету.

Практика была настолько успешной для лечения других аритмий, что врачи легко поверили: она сработает и против этого недуга, получающего все большее распространение. Практически сразу по всему миру начали сжигать сердца пациентам с фибрилляцией предсердий.

Среди них был американский электрофизиолог Джон Мандрола. Сегодня он имеет практику в Луисвилле, штат Кентукки, куда он переехал, оставив работу руководителя центра аритмии в Ветеранской больнице в Индианаполисе. Кентукки, как и Индиана, один из наименее здоровых штатов, с самым высоким процентом ожирения. (Когда я проходил практику в Ветеранской больнице Индианаполиса в 2008 г., в лобби стоял автомат по продаже сигарет.)

Мандрола оседлал волну и в 2004 г. тоже начал делать абляции пациентам с мерцательной аритмией. Не прошло и десяти лет, как в его клинике на 500 коек в Луисвилле половина процедур стала проводиться исключительно таким пациентам. Один из пациентов Мандролы жаловался, что за операцию, занявшую полтора часа (плюс одна ночь в больнице под наблюдением), получил счет на $100 000.

Страховые компании обычно урегулируют счет с больницей и договариваются о значительно меньших суммах. Однако если у вас нет страховки, напомнил мне Мандрола, переговоры придется вести самому.