Естественная религия. Религиозные верования и практики в эволюционной истории человека

Давайте пофантазируем и вместо Энгельсовой обезьяны, которая спустилась с дерева и взяла в руки палку, представим себе древнего человека, которому приснилось, что он так долго шел, что наконец достиг горизонта и увидел за ним много деревьев с плодами. Проснувшись, он стал рассказывать соплеменникам, что им всем надо собраться и отправиться в путь, туда, где располагается чудесный сад, поражающий воображение. Это путешествие может быть опасным, полным непредсказуемых событий, но их будет вести невидимый дух, который уже показал те прекрасные места одному человеку в его пророческом сне. К тому же известно, что и раньше представители рода homo путешествовали в далекие места. Возможно, убеждая людей, пророк со всей своей харизмой добавил, что в этом раю они смогут встретиться с почившими возлюбленными и родственниками. А еще им не придется работать и голодать, ведь в том саду еда растет прямо на деревьях. Часть племени, конечно же, не поверила пророку: «Какой абсурд!» – сказали они. Другие же, наоборот, стали мечтать о будущем и выразили готовность рискнуть, отправившись в путешествие.

Возвращаясь к теории, надо сказать, что любые абсурдные представления являются религиозными. В случае последних довольно важным становится и культурный контекст, в котором они формируются. Проще говоря, человек всегда обучается и социализируется в какой-то определенной культуре, поэтому, как предполагают исследователи, у него вырабатывается своего рода религиозный иммунитет, или фильтр, который позволяет ему отделить Иисуса Христа от Санта-Клауса и Зевса, а также придать всем трем фигурам разный смысловой статус. Барретт пишет, что религиозные представления обладают «теологической корректностью» (theological correctness). Это означает, что религиозные верования – это не просто «контринтуитивные бредни», в которых смешиваются Макаронный Монстр, Иоанн Богослов, инопланетяне, Будда, святой Христофор, зубная фея, китайский дракон Башэ, пожирающий слонов, и плоская Земля. Религиозные представления находятся в определенном диапазоне между теологическими постулатами какой-либо религиозно-культурной традиции или группы, с одной стороны, и интуитивными религиозными понятиями – с другой. Первые, как правило, более сложные и абстрактные, а вторые – простые, незамысловатые и незатратные. Когда человек попадает в ситуацию высокой когнитивной нагрузки, он упрощает сложные теологические понятия, деформирует их так, что они становятся больше похожи на те интуитивные онтологические шаблоны, которые описал в своей теории Буайе. Так, скажем, если необходимо объяснить ребенку, как единый Бог может быть в трех лицах, человек вряд ли будет использовать для этого богословские приемы Василия Великого; скорее всего, он приведет для лучшего понимания метафору солнца, от которого исходят три луча света.

Джейсон Слоун пишет, что смещение религиозных представлений по шкале к противоположному полюсу от «теологической корректности» – это довольно частое явление. Люди постоянно совершают теологические «ошибки», потому что они чаще всего находятся в ситуации когнитивной многозадачности, и интуитивные религиозные представления срабатывают быстрее, чем громоздкие теологические формулы[165]. Собственно, эта «теологическая некорректность» (theological incorrectness) и есть причина того, почему религиозные верования имеют такое живое, «народное», интуитивное выражение, обладают культурной подвижностью и с легкостью могут стать частью какой-нибудь киновселенной. С другой стороны, теологически «корректные» представления и интуитивные религиозные понятия могут присутствовать у человека параллельно и накладываться друг на друга. По этой причине нельзя представить концепцию Бога «в чистом виде», она всегда будет помещена в определенный когнитивный контекст.

Формирование религиозных представлений происходит не в отрыве от человеческого опыта, который, как мы знаем, очень многогранен и включает в себя целый ассортимент переживаний, ощущений, действий, эмоций и прочих компонентов. Мне кажется, что поймать момент, когда у человека возникает какое-то религиозное представление, практически невозможно. С другой стороны, в антропологии религии есть довольно любопытные описания того, как формируются те или иные верования под влиянием необычного психического опыта.