Эстонцы в Пермском крае: очерки истории и этнографии

Следует отметить, что и в настоящее время конфессиональная жизнь эстонцев-лютеран Прикамья не возродилась, принадлежность к лютеранству осознается как дань истории, на уровне исторической памяти. Отдельные конфессиональные традиции сохраняются лишь в семейных коллективах. Одна из основных причин этого – дисперсное расселение и невозможность организации этноконфессиональной общины. Православные эстонцы посещают православные храмы в русских селах. Однако, например в д. Новопетровке, удаленной от православных центров, конфессиональные традиции по-прежнему воспроизводятся лишь на уровне семейных коллективов и отдельных верующих.

Межэтническое взаимодействие

Территория Пермского Прикамья – одна из самых полиэтничных на Среднем Урале и в Приуралье. На новой родине эстонцы также оказались в иноэтничном и полиэтничном окружении. Состав населения Октябрьского района формировался в течение нескольких веков. Соседними с эстонцами народами на протяжении конца XIX – начала XXI в. были башкиры, татары, чуваши, марийцы, русские, немцы¹⁶⁹. Коренным населением Сивинского района были русские. Однако в освоении сивинских земель в начале ХХ в. наряду с эстонцами принимали участие и другие народы. На земельных участках бывшего имения Всеволожских вместе с эстонцами на хуторах поселились крестьяне из других волостей Пермской губернии (русские и коми-пермяки), а также переселенцы из западных территорий Российской империи, в числе которых были немцы, латыши, поляки, белорусы, украинцы¹⁷⁰.

Межэтнические отношения эстонцев с другими народами складывались под воздействием различных факторов. Близость исторических судеб и схожесть условий жизни на новой родине поспособствовали развитию активного взаимодействия с теми народами, которые также осваивали новые земли в Прикамье и создавали по соседству хуторские поселения – это, в первую очередь, немцы и латыши. С этими народами эстонцев-лютеран сближала и общность этноконфессиональных традиций. У православных же эстонцев этноконфессиональные традиции явились мощным фактором аккультурации и взаимодействия с соседним русским населением. Опыт адаптации и ведения хозяйства в природно-климатических условиях Среднего Урала, имевшийся у местного русского населения и столь необходимый новопоселенцам, обусловил как активные контакты с русскими, так и целый ряд иноэтнических заимствований.

На протяжении более чем векового пребывания эстонцев в Прикамье характер и интенсивность межэтнического взаимодействия на каждом этапе имели свои особенности. В начальном периоде переселения эстонцев на земли Прикамья проявлялось стремление к моноэтническим поселениям, поэтому не случайно большая часть хуторов образовала компактные ареалы. На этом этапе взаимоотношения с представителями других народов не были оформившимися и постоянными. Главной причиной, сдерживающей контакты, была не только компактность расселения, но и коммуникационные барьеры – далеко не все жители эстонских хуторов владели в тот период русским языком и могли общаться с местным населением. Информаторы и сегодня отмечают, что старшее поколение в хуторах плохо говорило и понимало по-русски: «Мама, она до конца плохо говорила по-русски. Она понимать понимала, а отвечала по-эстонски» (Октябрьский район, д. Новопетровка)¹⁷¹.