Затем я спросил Мари, чувствует ли она себя в гармонии. «Это именно то, что я почувствовала сразу, – сказала она, – потому что наслаждалась собой. Однако через два года, когда мы начали приносить небольшую прибыль, я стала задаваться вопросом, в чем была цель всей этой работы, если я еще не получала зарплату. Каков был финал? Один из наставников сказал мне, что стартапы нацелены либо на устойчивый рост прибыли, либо на то, чтобы их выкупили. Я решила, что наша цель – заставить кого-нибудь купить нас, после чего мы могли бы продолжить заниматься этим с большим количеством ресурсов или двигаться дальше. Это придало мне ясности и целеустремленности. Я снова почувствовала себя в гармонии».
У Мари на все вопросы были правильные ответы. Можете ли вы сказать то же самое о жизни, которой живете прямо сейчас?
Успешный фотограф может в среднем возрасте превратиться в кинематографиста или режиссера, но он, вероятно, не сможет переделать себя в нейрохирурга. Кинематография и режиссура близки по способностям и пониманию к фотографии (работе с камерами, людьми и идеями), а нейрохирургия – нет. Вот что делает смежность интересным соображением, когда мы просматриваем контрольный список для создания достойной жизни.
Если мотивация, способности, понимание, уверенность, поддержка и рынок сбыта, действующие согласованно, являются обязательными факторами, то смежность – это всего лишь дополнительный фактор, который приятно, но не обязательно иметь.
Когда мы разочарованы своей жизнью или карьерой и стремимся к чему-то более приятному, эмоционально успокаивающим может быть представление о жизни, которая на 180 градусов отличается от нашего нынешнего положения. Но шансы на успех выше у людей, которые не отходят слишком далеко от своих знаний, опыта и взаимоотношений. Это не значит, что мы ограничены небольшими и постепенными изменениями в нашей жизни. Они могут быть огромными. Но это требует смежности – некоторой связи, пусть и косвенной, с нашим послужным списком достижений.
Джим Ен Ким – самый великий гений, которого я знаю. Доктор медицины и доктор философии по антропологии из Гарварда, эксперт по глобальному здравоохранению и инфекционным заболеваниям, соучредитель благотворительной организации Partners in Health, заведующий кафедрой Гарвардской медицинской школы, директор отдела Всемирной организации здравоохранения по борьбе с ВИЧ и СПИДом, обладатель «гранта гения» Макартура, постоянно включается в ежегодные списки влиятельных лидеров. Что объясняет, почему в 2009 году, когда доктору Джиму исполнилось пятьдесят, Дартмутский колледж захотел, чтобы он стал его следующим президентом. Мы обсудили все за и против. В Дартмуте ему пришлось бы иметь дело с преподавателями, донорами и печально известными своими капризами студентами, что довольно сильно отличалось от жизни, посвященной преодолению кризисов общественного здравоохранения. С другой стороны, он преуспевал во всем, за что когда-либо брался. Джим не стал бы так часто отлучаться из дома. Это было бы подспорьем для его семьи, где подрастали два сына. Я убедил его принять предложение. Это было бы интересным испытанием для него.
Но я забыл учесть фактор смежности. Было ли в этой работе достаточно того, что способствовало бы его научному опыту и мотивировало бы Джима так, как это делали его предыдущие роли? Он мог справиться с этой работой, но, хотя Джим любил Дартмут и его студентов, он не использовал все свои таланты.