Эта жизнь возврату и обмену не подлежит. Как построить будущее, о котором не придется сожалеть

Зеленая рубашка поло, брюки цвета хаки и мокасины – подумайте об инженере-авиаконструкторе образца 1976 года – вот моя деловая униформа. Я сознательно выбрал этот образ после того, как Лариса Макфаркуар из The New Yorker отметила, что эти вещи – все, что она видела на мне во время съемки моего профиля для журнала. Вскоре клиенты, прочитавшие статью, выражали разочарование, если я не появлялся в зеленой рубашке поло и брюках цвета хаки. Так что я был им обязан. В конце концов я понял, что моя униформа была актом освобождения. Каждый раз, когда я собирал свою сумку для деловой поездки, которая могла происходить три или четыре раза в неделю, мне не приходилось мучиться из-за того, что надеть. Независимо от встречи или аудитории, это всегда были зеленые поло и брюки цвета хаки – еще одно решение, с которым мне не пришлось сталкиваться. В моем маленьком мире руководителей высшего звена и специалистов по управлению персоналом этот образ постепенно стал моей визитной карточкой, мало чем отличающейся (простите высокомерное сравнение) от американского гольфиста Тайгера Вудса в красной рубашке и темных брюках в финальном раунде турнира по гольфу в воскресенье. Но, в отличие от Тайгера, для меня это не было упражнением по брендингу: это был один маленький пример предоставления себе свободы.

Со временем избегание выбора, по крайней мере, в отношении небольших вариантов, которые не имеют для меня значения, стало одним из моих высших приоритетов. Я почти согласен уделить время любому незнакомцу, который приложит усилия, чтобы познакомиться со мной, говоря себе: «Это не сделает меня глупее». Когда мне нужен новый ассистент, я нанимаю первого попавшегося высококвалифицированного специалиста. В ресторане я спрашиваю официанта: «Что бы вы выбрали?» (Это имеет дополнительное преимущество, поскольку устраняет угрызения совести покупателя. Вы не можете сожалеть о решении, которое вам не поручалось прини– мать.)

Это не лень и не нерешительность. Это сознательная практика уклонения от любого несущественного выбора, для того чтобы сберечь клетки мозга для принятия важных решений, возникающих в течение дня, таких как согласие на контракт на коучинг длиною в 18 месяцев с новым клиентом. Некоторым людям нравится делать выбор – на ум приходят руководители компаний, кинорежиссеры и дизайнеры интерьеров. Они наслаждаются возможностью одобрительно отозваться о приобретении, или о длине волос актера, или об определенном оттенке серой краски для стен. Я не из их числа. Возможно, вы тоже.

Тем не менее обширные исследования показывают, что процесс принятия решения, вероятно, представляет собой самую большую ежедневную трату вашей умственной энергии – и это приводит к истощению, а в конечном итоге – к неправильным решениям. От простого выбора того, что съесть на завтрак, до мгновенного решения ответить на телефонный звонок или проигнорировать его, до трудоемкого, часто нервирующего процесса повторного поиска, тест-драйва и переговоров с менеджерами по продажам, для того чтобы купить свой следующий автомобиль, – все это складывается в существование, в котором доминирует наш выбор[15].

Чтобы прожить любую жизнь, вы должны делать выбор. Чтобы добиться достойной жизни, вы должны делать выбор с расширенным чувством масштаба, дисциплины и самопожертвования.

В 1960-х годах в моей средней школе в Вэлли-Стейшн после каждого задания по чтению в десятом классе учитель английского языка заставляла нас писать эссе на вольную тему. Эссе должно было каким-то образом соотноситься с книгой, пьесой или рассказом, который мы только что изучили. Она называла их «вольными сочинениями». В одиннадцатом классе наш новый учитель английского языка задал аналогичное упражнение, только он сам выбирал темы. Я спросил его, почему он не дает нам импровизировать. Учитель ответил: «Я делаю одолжение большинству ваших одноклассников. Студенты годами жалуются, что у них нет никаких идей. Свобода выбора темы – это последнее, что им нужно».