Встречи на тему обзора жизненного плана – это не терапия. Это собрание успешных людей с общими целями на будущее, а не собрание жалоб для неуспешных людей с проблемами. И под «успешными» я не имею в виду людей, оцениваемых исключительно по их впечатляющему статусу, власти и зарплате. Вы ищете людей любого склада ума, которые разделяют одинаковый оптимизм в отношении того, чтобы становиться лучше. Они не жертвы и не мученики. Сделайте это, и у вас всегда будет полный зал равных, где никто не будет слишком запуган, чтобы высказаться, или слишком самодоволен, чтобы слушать.
Кто-то должен возглавить группу. Если группа LPR была вашей идеей, то вы несете ответственность за проведение собрания, предпочтительно легким прикосновением, а не тяжелым кулаком. В противном случае ваша встреча может стать, как выразился один из коллег-тренеров, «чрезмерно структурированным и недостаточно подготовленным» мероприятием. Точно так же, как Алан Мулалли всегда был фасилитатором своих таких встреч в компаниях Boeing и Ford (потому что это была его идея), Марк Томпсон и я были фасилитаторами в наших встречах. Это скорее административная задача – призывать людей, продвигать дела, обеспечивать соблюдение правила «не судить», поддерживать безопасную атмосферу, – чем роль коуча.
Пока группа не научится самоуправлению, считайте, что все ждут от вас, что поезд будет идти по расписанию.
Попутно вы также заметите другие преимущества организации таких встреч по обзору жизненного плана:
Когда Алан Мулалли и его жена Ники воспитывали своих пятерых детей в Сиэтле, он адаптировал обзор бизнес-плана, который использовал со своей командой в Boeing, к обзору семейного плана дома. По воскресеньям утром он, Ники и пятеро детей приходили со своими календарями и обсуждали, что каждому из них нужно сделать и в какой поддержке они нуждаются, чтобы пережить неделю. Для Алана имело значение то, как он уравновешивал пять сфер своей жизни – профессиональную, личную, семейную, духовную и развлекательную. Алан ежедневно просматривал свой календарь, всегда проверяя, делает ли он то, что хочет, и добивается ли положительных изменений в одной из этих пяти областей. Если он видел, что что-то выходит из равновесия, то вносил коррективы в середине дистанции и менял свой календарь. Это также было причиной того, что семья никогда не теряла связи друг с другом.
LPR не должен ограничиваться только достижением заслуженной жизни в самом широком смысле этого слова. Вы можете применить его к любой промежуточной станции на пути к жизни своей мечты – к любой цели, большой или маленькой. Например, вы решили, что хотите что-то сделать для окружающей среды, вместо того чтобы просто говорить об этом. Что мешает вам найти шесть единомышленников по экологическим вопросам, установить личные цели и пересматривать их в группе каждую неделю? Вы адаптируете процесс обзора жизненного плана к вашему собственному обзору экологического плана. Цель может быть более узкой и целенаправленной, но задача не менее серьезная. Каждую неделю вы и другие участники должны отвечать на простой вопрос: «Что я сделал на этой неделе, чтобы помочь спасти планету?» По сути, вы определяете, заслужили ли эту неделю или потеряли ее.
Применение процесса обзора жизненного плана к любой профессиональной или личной задаче ограничено только вашим воображением и вашей находчивостью при наборе людей, которые присоединятся к вам.
Участники мгновенно приветствуют и соблюдают атмосферу без цинизма и осуждения, характерную для встреч на тему обзора жизненного плана, за одним исключением: когда они рассказывают о себе. Почему-то члены группы думают, что они освобождены от правил безопасного пространства, если их негатив не направлен на других. Из шестидесяти сессий, которые я проводил в нашем первом «сезоне» таких встреч, я не могу вспомнить ни одной, на которой мне не пришлось бы прерывать одного или двух участников в середине сурового самообвинительного суждения об их поведении в прошлом. Обычно это было непринужденное признание в предполагаемом недостатке («Я не силен в…»). Я настойчиво махал руками, говоря: «Стоп, стоп, стоп!» Затем я заставлял их поднять руку, назвать свое имя и повторить за мной: «Хотя в прошлом мне плохо удавалось X, это был прежний я. У меня нет неизлечимого генетического дефекта, который мешал бы мне измениться к лучшему». Обычно они понимали это при первом же случае: безопасное пространство – для всех, включая тех, кем мы были.