Эвакуация. 1941—1942 гг.

Эта транспортная новация была продиктована сложившимися обстоятельствами. Завод лихорадило от вынужденных прогулов: многотысячный коллектив уже не помещался на тех жилых площадях, которые ему удалось заполучить в первые дни и недели после прибытия на Урал. Значительная часть работников Химмаша была поселена в бараках, спешно выстроенных на южной окраине города. Оттуда до завода – десять километров, проделывать этот путь пешком дважды в день по уральской погоде людям, ослабленным плохим питанием и непосильным трудом, было не просто тяжело – физически невозможно. Транспортная проблема приобрела оборонно-стратегический характер, это всем было очевидно. С первых месяцев укоренения завода на уральской земле руководство предприятия совместно со своим наркоматом и руководством города и области искали подходящий вариант ее решения. Рассматривались и автобус, и трамвай (благо трамвай в Свердловске действовал с 1929 года), но в конце концов остановились на троллейбусе: сочли этот вариант более выгодным. Но к троллейбусному сообщению страна еще только привыкала: первый троллейбусный маршрут в Москве был открыт в ноябре 1933 года; за семь с половиной довоенных лет этот вид транспорта появился в пяти-шести других крупных городах страны, но дойти до Урала не успел. Специалистов было – по пальцам перечесть, «подводные рифы» просматривались плохо. Когда принимали решение о строительстве первой свердловской линии (протяженностью около 12 километров: от угла улиц 8 Марта и Декабристов до проходной Уралхиммаша), задача представлялась достаточно простой: врыть столбы, натянуть провода – и запускай машины на линию. Не сравнить же с трамваем, где пришлось бы укладывать рельсовые пути. Надеялись, что удастся управиться месяца за два, то есть к ноябрьским праздникам 1942 года.

Для реализации этого замысла создали специальную организацию – участок треста «Уралэлектрострой». Руководителем его назначили инженера-электротехника с богатым практическим опытом, предприимчивого и ответственного, при этом – неординарной судьбы. Нынче в Интернете можно встретить отзывы о нем как о великом сыне башкирского народа. Не берусь судить, насколько уместна превосходная степень для его характеристики, но масштаб и география трудов Т.А.-Х. Алиева на самом деле неординарны.

Отец Такиуллы Абдул-Ханнановича Алиева (1894–1957) был сельским муллой, но сын изначально избрал другое поприще: в 1914 году окончил учительскую школу в Казани. Однако проявить себя на ниве народного просвещения судьба ему не позволила, ибо началась «германская» война, и Такиуллу призвали в действующую армию. Воевал он исправно: за храбрость был удостоен Георгиевского креста, за армейскую выучку – чина штабс-капитана. Времена были смутные, ветры истории «кружились на пути своем и возвращались на круги своя». Такиулле довелось послужить и в императорской армии, и в антибольшевистской Народной армии Комуча, и в Башкирском войске. Но, будучи начальником штаба Башкирского войска, Такиулла Алиев сыграл ключевую роль в переходе этого вооруженного формирования на сторону Красной армии. Он же мобилизовал Башкирское войско на защиту Петрограда от Юденича.

Когда громы Гражданской стали оттесняться на периферию страны, руководство республики отправило перспективного молодого командира на учебу в Москву, в Академию Генерального штаба РККА. Однако и стать профессиональным военным ему было не суждено: страна переключалась на путь мирного строительства, и грамотные инженеры стали ей более нужны, нежели военачальники. Энергичного посланца Башкирии, не дождавшись завершения им трехлетнего курса военных наук, направили на учебу в старейший и лучший в то время инженерный вуз страны – на энергофак Московского высшего технического училища (впоследствии – МВТУ имени Н.Э. Баумана).

Такиулла Алиев был активным и целеустремленным студентом: организовывал кружки по изучению практики строительства ЛЭП и электростанций, возглавлял институтскую ячейку ОСОАВИАХИМа и много сотрудничал с башкирским представительством в столице. Он спроектировал башкирский павильон на Всероссийской сельскохозяйственной и кустарно-промышленной выставке в Москве и сам же выступал там в роли экскурсовода. Студентом же участвовал в разработке планов индустриализации Башкирии – где и какие строить заводы, электростанции, линии ЛЭП. Дипломной его работой стал проект Уфимской центральной электростанции; диплом Такиулла защитил в 1929 году, и первая в Башкирии паротурбинная электростанция по его проекту была построена в 1930–1931 годах. С нее начался длинный список крупных энергетических объектов, в проектировании и строительстве которых он участвовал (случалось, бывал и руководителем, пока подыскивали подходящего эксплуатационника на эту должность), – электростанций и линий электропередач в Башкирии и других районах Большого Урала, в Поволжье, в Белоруссии, в Казахстане.