Эвакуация. 1941—1942 гг.

Насколько масштабны были усилия немцев, чтобы использовать эту возможность, можно судить хотя бы по цифрам, которые приводятся в справочных изданиях: шпионов, диверсантов и террористов для советско-германского фронта готовили около 60 школ абвера и СД. Причем готовили хорошо: и контингент для обучения подбирали тщательно – из числа завербованных пленных красноармейцев и так называемых белоэмигрантов, и обучали основательно, и экипировали выпускников, отправляя на задание, не жалея средств. Забрасываемые в тыл советских войск, немецкие диверсанты представляли реальную и немалую опасность. Однако до Урала от фронта было слишком далеко, так что достаточно достоверно известно лишь об одной за всю войну немецкой диверсионной группе, заброшенной на Урал, – об операции «Ульм».

Операция эта провалилась (да она, как признал в своих мемуарах ее организатор Отто Скорцени, изначально была провальной), но, как говорится, отрицательный результат – это тоже результат. Нынче она вызывает повышенный интерес у историографов Великой Отечественной войны как своим драматическим сюжетом, так и наглядным воплощением правды о том, сколь отчаянно сопротивлялась продвижению к наметившейся катастрофе гитлеровская Германия, осознавшая уже свой просчет не только с планом «Барбаросса», но и с оценкой эвакуации советской промышленности на восток. Еще не так давно эта диверсионная операция воспринималась, как смутная легенда, но в 2011 году о ней сняла в Перми видеофильм Анна Отмахова (оговорившись, впрочем, что знаменитая легенда про вражеских диверсантов послужила для нее «лишь поводом рассказать о Кизеле и его роли в Победе»[274]), а в 2015 году вышла книга историка спецслужб из Нижнего Тагила Владимира Кашина «Урал под прицелом. Операция “Ульм”».

Владимир Васильевич эту историю легендой уже не называет: ему удалось восстановить события во всех деталях и чуть ли не по часам. В содружестве с В.В. Кашиным нижнетагильский журналист Сергей Деревков в 2016 году снял телефильм «Крах операции “Ульм”». Так что нынче во всей этой истории остаются неясными разве что две детали. Почему все-таки «юнкерс», который должен был доставить диверсантов Скорцени в район города Кизела, выбросил их с парашютами в тайгу, не долетев трехсот километров до цели? И был ли главный организатор операции «Ульм» «супердиверсантом», каким его, с его же подачи, представляют многие нынешние любители военных приключений, или был этот самопиарщик и «любимец Гитлера» в разведывательно-диверсионных делах абсолютным профаном и «подвиги» его сродни приключениям барона Мюнхгаузена? Второе мнение, да, тоже существует, оно основано главным образом на внимательном прочтении мемуаров Скорцени, в которых много очевидных несообразностей. Но и провал операции «Ульм» – предметное тому подтверждение.

Для нас здесь, впрочем, оба эти вопроса совершенно неважны; важно лишь то, что такая операция действительно была, и замысел ее (как поначалу и замысел «молниеносной» победы над СССР) был не столь уж авантюрен. В основе его лежало признание руководством Рейха того факта, что они, привыкшие побеждать немцы, недооценили противника: славянские «недочеловеки» увели у них из-под носа (и, что, наверно, было для гитлеровских стратегов особенно обидно, у них на виду) главные предприятия, производившие для Красной армии танки, самолеты, пушки, снаряды и прочую военную продукцию, и теперь все это работает в недоступном советском тылу, создавая железную и огненную волну, противостоять которой вермахт и люфтваффе уже не в состоянии. И что было с этим делать? Было бы поближе – отправили бы армады «юнкерсов» и «хейнкелей» с полными бомбоотсеками, чтоб стереть с лица земли эти ненавистные Уралмаш, Танкоград, Магнитку. Но за полторы тысячи километров?.. Они помнили, как им еще в начале войны не позволили разбомбить Москву, а тогда-то они были сильней и настырней. Можно было попытаться заслать в тыл диверсионные группы, но как бы те могли вывести из строя громадные, как мегаполисы, и хорошо охраняемые предприятия? И потому совершенно неглупой была их идея причинить серьезные повреждения линиям энергоснабжения, протянувшимся на тысячи километров от Перми до Магнитки в значительной части через такие территории, бдительно охранять которые было физически невозможно, а устранение таких повреждений на какой-либо труднодоступной территории было бы чрезвычайно трудной задачей. Читатель помнит, какие проблемы возникали в результате аварий в энергосистеме Урала, и может представить себе, что могли натворить диверсанты. Целью операции «Ульм» как раз и были такие диверсии.