Евангелие от IT. Как на самом деле создаются IT-стартапы

Сегодня создание шумихи стало важнейшей составляющей венчурного бизнеса. Существует так много фирм, и так много денег обращается вокруг них, что венчурные фирмы ощущают давление и вынуждены поднимать свой имидж. Они выпускают идиотские видео, прямо как стартапы. Они нанимают на работу публицистов. Они запускают блоги и подкасты и берут бывших журналистов, чтобы те ими управляли. Год за годом лишь горстка компаний Кремниевой долины приносит доход. Если ты венчурный капиталист, ты обязан разместить свои вложения в этих компаниях. Но провернуть такую сделку не так-то просто. Инвесторам и впрямь нужно побороться за них. Как заставить предпринимателя взять твои деньги? Чем ты выделяешься среди остальных? Нужно привлекать к себе внимание общественности. Тебя фотографируют с Google Glass на носу, и ты называешь себя провидцем, кем-то, кто может «выглянуть из-за угла», как говорят в Кремниевой долине. Даже если стоимости компаний взлетают до рекордных показателей, нужно убедить всех, что ты не переплачиваешь. «Это не пузырь; это беспрецедентно длинный бум», – сказал Дуерр Bloomberg в июне 2015 года. Опять же Дуерр занимается продажей компаний на открытых рынках. Что же ему еще говорить? Спросить венчурного капиталиста, не переоценены ли частные компании, – это как спросить продавца автомобилей, не слишком ли много ты платишь ты платишь за «мерседес», который он тебе продает.

Когда речь заходит о привлечении внимания, Дуерр слишком осторожен по сравнению с Андриссеном. Вспомните персонажа Родни Дэнджерфилда из фильма «Гольф-клуб» – большой и громкий, разбрасывающийся деньгами, – и вы поймете, как Андриссен пролез в закрытый клуб венчурного капитализма: он отдавал больше денег, чем другие, и привлекал к себе больше внимания. В 2009 году Андриссен был просто еще одним парнем с венчурным фондом, хоть и известным парнем. Спустя шесть лет он стал, вероятно, самым известным и, пожалуй, самым влиятельным инвестором в Кремниевой долине. «Ребята, управляющие стартапами, любят его. Они все хотят с ним повстречаться, – говорит один из венчурных капиталистов Бостона. – Каждый раз, когда я сталкиваюсь со стартапом, первый вопрос, который мне задают: «Вы знаете Марка Андриссена? Можете нас ему представить?» Он – как рок-звезда». Другой венчурный капиталист говорит: «Если вы берете деньги Andreessen Horowitz, стоимость вашей компании удваивается, а то и утраивается просто потому, что вы с ними в одной лодке. Почему? Потому что это Andreessen Horowitz».

Андриссен внешне производит сильное впечатление: под два метра ростом, крупный, с огромной бритой головой. Он – ярый пользователь Twitter и иногда постит больше сотни твитов в день, разглагольствуя и вступая в споры. Когда Уоррен Баффетт высказал свое скептическое отношение к биткойну, технологии, в которую Андриссен вложил крупную сумму, последний назвал Баффетта «белым стариком, поливающим говном технологии, которые не понимает».

Андриссен был ярким символом первого пузыря доткомов, восседая без обуви на троне на обложке Time за февраль 1996 года, миллионер, мальчик-король, двадцать четыре года. Первый пузырь, я полагаю, сформировал мировоззрение Андриссена и определил его поведение, когда он шагнул в мир бизнеса венчурных капиталистов. Его достижения как предпринимателя неоднозначны. Netscape был раздавлен Microsoft и начал терять деньги, но, несмотря на это, все равно был приобретен AOL за 10 миллиардов долларов. После Netscape Андриссен основал Loudcloud, ставшую акционерным обществом после первых же восемнадцати месяцев своего существования, едва принося доход. Позже Loudcloud стала Opsware, была разделена на две части и продана за 1,6 миллиарда долларов, несмотря на то, что никогда не объявляла о годовой прибыли. В 2005 году Андриссен соучредил Ning – сошедшую на нет социальную сеть.

В какой-то момент на Андриссена снизошло озарение, что больше всего зарабатывает денег не тот, кто основывает компании и управляет ими, а тот, кто вкладывает в них свой капитал. (В Netscape, по слухам, он заработал 100 миллионов долларов, в то время как его инвестор и соучредитель Джим Кларк получил 2 миллиарда долларов.) В 2009 году Андриссен со своим другом и бывшим бизнес-партнером Беном Хоровицем запустил компанию Andreessen Horowitz, также известную как а16z. (Это нумероним, способ сокращения слова или фразы, где используется число для обозначения пропущенных букв. А, затем шестнадцать букв, затем Z. Технарям-вундеркиндам нравится такое.)