Евангелие от IT. Как на самом деле создаются IT-стартапы

Андриссен и Хоровиц заработали репутацию благодаря переплате за возможность заключать сделки, предлагая суммы, которые, как мне сказали, были на 30 процентов выше, чем те, что заплатили бы другие венчурные капиталисты. Они также признавали важность общественного внимания. Одним из первых партнеров стала Маргит Веннмачерс, специалист по связям с общественностью из Кремниевой долины с многолетним стажем, известная своей пронырливостью. С тех пор они наняли еще пиарщиков, а также журналистов и исследователей, которые стали вести блоги, подкасты и составлять отчеты об анализе рынка – выстроили собственную маленькую фабрику контента.

Хоровиц написал книгу о своем опыте в качестве предпринимателя и снялся для обложки журнала Fortune, где был изображен с руками в повязках, как у боксера, хотя, по-видимому, боксом он не занимается. Он тусит с рэперами и стелит рэп-куплеты, лепя образ уличного парня, хотя на самом деле родился в Лондоне и рос в Беркли, а его отец Дэвид Хоровиц был консерватор и известный писатель. Техноблог Valleywag очень хорошо все это срезюмировал: «Бен Хоровиц отчаянно желает выглядеть крутым».

Андриссен и Веннмачерс неустанно оказывают знаки внимания прессе. Андриссен даже инвестировал в онлайн-издания, пишущие об индустрии информационных технологий, такие как Business Insider и Pando Daily. Результатом стал по большей части благосклонный репортаж об Andreessen Horowitz и стартапах в их инвестиционном портфолио. Когда Андриссен вложил деньги в Rockmelt, второсортный стартап с убогой идеей развития нового вида веб-браузера, технопрессу захватила лихорадка; спустя несколько лет, когда компания была продана за копейки Yahoo, никто не стал подвергать Андриссена остракизму. Когда Andreessen Horowitz заливала деньгами компании, связанные с биткойном, пресса стала писать, что это новое серьезное дело.

Никто и глазом не моргнул, когда две компании из портфолио Андриссена – Instagram и Oculus – были приобретены Facebook, где Андриссен является членом совета директоров. Эти сделки были еще более заметными, чем приобретения Netscape и Loudcloud, поскольку те ранние компании были проданы за миллиарды, хоть и не приносили дохода, Instagram и Oculus были проданы за миллиарды, хотя не приносили даже выручки. Андриссен дал ясно понять, что спас себя в сделках с Instagram и Oculus благодаря этому конфликту интересов. Несомненно, такие конфликты неизбежны для человека с таким количеством связей, как у Андриссена.

Андриссен подвергся критике за сделку, в которую был вовлечен eBay, где он также в свое время был директором. В 2009 году, во время работы Андриссена в совете директоров, eBay решил продать Skype, сервис обмена сообщениями, приобретенный в 2005 году; eBay выплатил 2,6 миллиарда долларов Skype и продал его через четыре года за 2,75 миллиарда долларов. Не такой уж большой прирост. Среди инвесторов, которые приобрели Skype, была частная инвестиционная фирма Silver Lake Partners – и Andreessen Horowitz.

Как и в случае с Instagram и Oculus, Андриссен был по обе стороны сделки, выступал в качестве покупателя и продавца. Через восемнадцать месяцев после покупки Skype Андриссен и его партнеры продали его Microsoft за 8,5 миллиарда долларов – в три раза больше, чем заплатили за него. Некоторым казалось, что роль Андриссена как директора eBay и одновременно инвестора, приобретающего имущество у того же eBay, – это проблема. «Андриссен поимел больше людей, чем Казанова, ради всего святого, а теперь он изображает из себя столп благопристойности», – заявил CNBC активист-инвестор[28] Карл Айкан. Айкан жаловался на то, что eBay продал Skype, занизив его стоимость с целью надуть инвесторов. Андриссен в ответ заявил, что Айкан «выдумал теорию заговора на ровном месте». Пресса встала на сторону Андриссена. Эта история не закончилась ничем.

Андриссен полон неугасаемого оптимизма и повторяет одно и то же: без разницы насколько высока оценочная стоимость стартапа, главное, что он может развиваться, вот это и имеет смысл. В мае 2015 года Андриссен сказал Таду Френду из New Yorker, что нет повода для беспокойства. Разумеется, во время первого пузыря доткомов все вышло из-под контроля, и случился крах, но сейчас все вновь идет в гору, и это отнюдь не означает, что близится очередной крах. Крах 2000 года был «единичным случаем», заявил Андриссен, сейчас экономика движется к «затяжному буму», почти то же самое скажет Bloomberg Дуерр спустя месяц.

Andreessen Horowitz инвестирует в несколько самых ценных компаний Долины, например Pinterest, Airbnb и Box, а также использует свою рекламную машину (как через собственную деятельность, так и через своих друзей в прессе, пишущей о технологиях) для продвижения личных интересов. Весной 2014 года, когда акции «программ как услуг» (SaaS) стали падать и когда Box все еще надеялась стать акционерным обществом, но начала колебаться, в дело вступила фабрика контента Андриссена.