Европа во времена Первой мировой войны. Дневники посла Великобритании во Франции. 1914—1918 годы

13 января 1918 г. Здесь считают, что в Англии оказывают слишком много почтения крайним лейбористам и мистеру Гендерсону, а также его постоянным разглагольствованиям после Международной конференции в Стокгольме, Копенгагене и других местах. По-моему, в Англии больше, чем здесь, недостает сотрудничества шумных социалистов. Здесь они болтали; теперь они дискредитированы внутри страны и лишились силы в Палате депутатов. Они понимают, что в лице Клемансо они получили человека, который, не колеблясь, прибегнет к действиям против любых порожденных ими беспорядков. Они шумели из-за Кайо, но общественное мнение и в прошлом, и сейчас настроено против них, и они не смеют устраивать даже демонстраций. К сожалению, в Англии считаются с Альбером Тома. Он должен понять, что несет вздор о Лиге Наций и желательности встречи с le chers camarades Russes[469]. Подумать только, как безумно заблуждаются лидеры французских социалистов, если они в самом деле полагают, будто им удастся убедить русских большевиков, что они не правы, а также уговорить их прекратить произвол и начать новую жизнь.

С нас хватит, и более чем хватит деклараций о целях войны. Если страны Антанты попытаются состряпать коллективную ноту, в которой определят цели войны более конкретно, чем уже заявлено Ллойд Джорджем, Уилсоном и Пишоном, мы рассоримся.

14 января 1918 г. Кайо арестован. Не думаю, что социалисты и другие его приятели станут устраивать демонстрации в его поддержку. Кайо лежал в постели, когда к нему явился господин с mandat d’amener[470]; он протестовал, но все же подчинился. Когда его доставили в контору следственного судьи Бушардона, mandat d’amener сменился mandat de dépôt[471], и его увезли в тюрьму Санте. Его жена никого не застрелила и не застрелилась сама.

15 января 1918 г. Социалисты взволнованы из-за ареста Кайо. Сомневаюсь, что им удастся организовать демонстрации в его защиту. В прессе утверждается, что, когда за ним пришла полиция, «он лежал в постели», «брился», «был полуодет», «собирался выйти из дому». По-моему, наиболее подробный отчет приведен в «Фигаро», и он касается его дискуссий с лордом Барти во время агадирского кризиса. Вчера Ла Тремуи давали ужин. Как мне сообщили, хозяин сказал: если хотя бы половина того, что он слышал, — правда, Кайо расстреляют.

Цены по-прежнему растут; овощи почти невозможно достать. Палтус стоит 10 франков за фунт, груши — по 2 франка 50 сантимов за штуку. Мясо — 5 франков за фунт. Куры от 10 до 18 франков за штуку, вино подорожало вдвое, а масло стоит 5 франков за фунт.

Какой вздор пишет Г. Уэллс в сегодняшнем парижском выпуске «Дейли мейл» в похвалу большевикам! Что касается тайной дипломатии, сейчас ею больше занимаются те, кто порицал ее, когда она не подвергалась проклятию.

17 января 1918 г. Говорят, Вертело сказал, что дипломатические паспорта выдают только шпионам и кокоткам! Почти каждый день новые аресты. Здесь очень сильные антибольшевистские настроения, а ведь они еще не назначили своего представителя. Все поражены тем, что мы завязали отношения с большевиками из Петрограда и их представителем в Англии.

18 января 1918 г. Утром ко мне приходил депутат Хеннесси. Военное положение не вызывает у него оптимизма. Он добивается не единства командования на фронте, а единства объединенных штабов, которые будут повсюду координировать управление ходом операций, как в Германии. Что касается Кайо, он считает, что из-за него мнения разделились. Те, кто жаждет мира почти любой ценой, выступают за него как за представителя течения «остановите войну». Дело Кайо вызовет раскол в обществе, а выгоду получат социалисты. А когда, что вполне вероятно, социалисты Франции, Англии и Америки договорятся между собой, правительства вынуждены будут заключить мир. В настоящее время ничто не указывает на то, что Социалистическая (рабочая) партия в Америке выступает за мир.

Вчера мне очень любопытно пересказали недавний визит к Альфреду Ротшильду. Его обнаружили в кресле с капюшоном, так называемом «кресле швейцара», которое он приобрел для защиты от бомб: ноги задраны, а верх и подлокотники кресла обложены матрасами. Альфреду уже лучше.

20 января 1918 г. Не следующей неделе здесь проведут заседание Верховного совета. Приедут Ллойд Джордж, Милнер и Робертсон.

22 января 1918 г. Итак, Репингтон перешел в «Морнинг пост». Вести из России и Украины не радуют; французы гораздо жестче нас относятся к большевикам. Дела о государственной измене и шпионаже затягиваются надолго. Негодяя, убившего Жореса в июле 1914 года, еще не судили!