Главные песни XX века. От Диксиленда до хип-хопа

Студийная работа над “Revolution” началась 30 мая 1968 года, и она стала первой из тридцати песен, записанных в течение лета и начала осени и составивших вышедший в ноябре «Белый альбом». Песня была сконцентрированным выражением ленноновских размышлений о происходящих вокруг него событиях и прямым ответом тем, кто ожидал этой реакции от него и от Beatles в целом.

Оказалось, впрочем, что ленноновская реакция была далеко не столь однозначной, как на это рассчитывали его радикальные поклонники. С одной стороны, он совершенно не готов был отказаться от пацифистских идей мира и любви, еще год назад столь решительно и однозначно воспевавшихся им в “All You Need Is Love”. С другой, контркультурный радикализм, к которому он к тому времени уже вполне созрел, воплощался для него в первую очередь в идеях, стиле жизни и образе мыслей, которые он черпал у своей новой возлюбленной. Именно вскоре после возвращения из Индии, где он был еще с женой Синтией, и как раз перед началом работы над записью “Revolution” и соответственно «Белого альбома», 19 мая 1968 года развивавшиеся в течение полутора лет и до тех пор платонически-романтические, интеллектуально-дружеские отношения Джона и Йоко переросли в полноценную любовную связь. Для Йоко же ее корни в нью-йоркском андерграунде и связи в лондонской контркультуре подразумевали авангард не столько политический, сколько сексуально-эстетический. Эта философия размывала, расслабляла навязываемую Леннону суровую ленински-маоистскую революционность левых радикалов, разбавляла ее вскормленным учениями Герберта Маркузе[63] и Вильгельма Райха[64] и идеологией журналов International Times и OZ[65] столь близким ему дионисийским коктейлем из «секса, наркотиков и рок-н-ролла».

Выраженный в тексте “Revolution” результат получился в лучшем случае двойственным. «Вы говорите, что хотите революции? – Но мы тоже хотим изменить мир. Вы говорите, что у вас есть решение? – Но я хотел бы увидеть ваш план. Вы просите, чтобы я внес свой вклад? – Но мы и так делаем, что можем. А если вам нужны деньги для людей, полных ненависти, то я отвечу: Нет, брат, тебе придется подождать. Вы говорите, что хотите изменить конституцию? – Но сначала вам нужно освободить свое собственное сознание. И если вы маршируете с портретами Мао, то ничего и ни с кем у вас не получится».

И все же Леннон был далек от однозначности. Он колебался и, не стесняясь, дал ключ к пониманию двойственности собственной позиции в ключевом двустишии:

But when you talk about destruction/Don’t you know that you can count me out…in

Перевести эту фразу можно примерно так: «И когда вы говорите о разрушении, то знайте: на меня вы (не) можете рассчитывать».

Изюминка состояла в том, что после OUT и секундной паузы он произносит IN. То есть дает таким образом понять: я таки, быть может, и могу быть с вами, несмотря на все то, что я только что говорил, и несмотря на всю вашу деструктивность.

При всей текстуально-содержательной амбивалентности, простая, расслабленно-свингующая блюзовая музыкальная форма придавала песне завораживающий гипнотизм, и Леннон не без оснований считал ее вполне достойной стать следующим синглом группы. Маккартни, однако, явно не хотел выпускать сингл со столь откровенно политическим содержанием, и, заручившись поддержкой Харрисона, всячески оттягивал решение, утверждая, что для сингла песня слишком медленная. Леннон, однако, несмотря на практически полное погружение в ЛСД и новые отношения с Йоко и кажущееся внешнее безразличие к делам Beatles, не сдавался: «Раз она слишком медленная, давайте ее перезапишем в быстром темпе».

Сделанная 9–12 июля сингл-версия была на минуту короче, звучала в два раза быстрее, во много раз резче и записана была с нарочитым, совершенно очевидным искажением звука. Несмотря на взрывную музыкальную категоричность, идейный смысл оказался однозначно пацифистским и, при сохраненном названии, скорее антиреволюционным. Дававшее повод для двусмысленного толкования слово “IN” было опущено.

И хотя Леннон добился выпуска песни на сингле, победа эта была половинчатая. “Revolution” стала лишь второй стороной сингла, на первую пошла маккартниевская “Hey Jude”.