Главные песни XX века. От Диксиленда до хип-хопа

Для самого Дэвиса песня была настолько интимной и личной, что поначалу он не хотел ее даже выпускать.

«Собралась вся семья – из Австралии приехала сестра с племянницей Джеки и еще несколько моих племянников – и мы беспрестанно, раз двадцать подряд, ставили на проигрыватель пробный оттиск с записью», – рассказал Дэвис в одном из недавних интервью. «Это для нас, – говорил он родным, – и выпускать ее я не хочу. Хочу, чтобы она оставалась нашей». Вот каким непрозорливым бизнесменом я был»

Неважно, каким Дэвис был бизнесменом, он был великолепным мелодистом и тонким, проникновенным поэтом, оставившим один из самых значимых культурных памятников и родному городу, и своей эпохе.

«В песне есть цельность, она законченный продукт, и это важно, именно это придает ей ощущение свежести и невинности, – говорил много лет спустя о своем шедевре сам Рэй Дэвис. – Ее не было бы без прекрасной гитарной партии моего брата, и я тщательно старался добиться в ней совершенства. Она довольно проста, и вокал не выдающийся, но в процессе сведения я подходил к ней как к картине, так это и получилось. Это как мимолетный сон, мелькнувший в сознании и тут же исчезнувший».

Многие пытались перепеть “Waterloo Sunset”, но мало кому удавалось добиться совершенства и гармонии «божественного» оригинала Kinks, хотя оркестровая версия Питера Габриэля проникнута пронзительным и тонким лиризмом. Дэвид Боуи включил свою версию в качестве бонус-трека в выпущенный в 2003 году альбом Reality и спел ее дуэтом с Рэем Дэвисом на одном из благотворительных концертов.

Для самого Дэвиса песня стала визитной карточкой. The Kinks давно уже распались, но песня по-прежнему с ним – и со всей воспринимающей ее как один из своих гимнов Британией. В 2010 году на фестивале в Гластонбери вместе с ним ее пела многотысячная толпа молодых людей, большая часть которых и не родилась, когда песня была написана. А в 2012 году его удостоили чести спеть “Waterloo Sunset” на церемонии закрытия Олимпийских игр в Лондоне в 2012 году. Он опубликовал сборник коротких рассказов «Закат на Ватерлоо» и стал автором сценария и режиссером музыкального фильма «Возвращение на Ватерлоо».

«Когда в моей жизни появляется кто-то важный, я веду этого человека на мост Ватерлоо, и мы стоим вместе, пытаясь проникнуться чувством песни», – говорит он.

И не только Дэвис. Миллионы людей, вот уже более полувека, выходят на знаменитый лондонский мост в теплый летний вечер, чтобы, как поется в песне, «глядя на закат над Ватерлоо, почувствовать себя в раю».

ALL YOU NEED IS LOVEКак Beatles создали кульминацию и гимн «лета любви»

Лето 1967 года было летом оптимизма, надежд и конечно же «летом любви». Термин Summer of Love появился незадолго до лета – еще в апреле, с формированием в Сан-Франциско так называемого «Совета Лета Любви» (Council for the Summer of Love).

Совет стал первой попыткой как-то сформулировать и оформить зародившееся несколькими месяцами ранее молодежное движение, получившее название «детей цветов», или попросту «хиппи».

Началом его считается Human Be-In – грандиозный контркультурный праздник 14 января 1967 года в парке «Золотые ворота», у одноименного моста в Сан-Франциско. Поводом для собрания длинноволосой молодежи стал введенный несколькими месяцами ранее властями Калифорнии запрет на ЛСД – новый, невероятно сильный по своему воздействию галлюциногенный наркотик, открывавший, по утверждению его апологетов, «двери восприятия» в «дивный новый мир».

Оба понятия были заимствованы у английского писателя Олдоса Хаксли. И если его роман «Дивный новый мир» (1931) представлял собой довольно мрачную антиутопию, предвосхитившую оруэлловский «1984», то «Двери восприятия» (1954) описывали психоделические ощущения, испытанные Хаксли от экспериментов с предшественником ЛСД, мескалином, и дали название основанной в 1965 году в соседнем с Сан-Франциско Лос-Анджелесе группе The Doors.

Именно на Human Be-In главный апологет ЛСД Тимоти Лири впервые произнес свои ставшие лозунгом слова «turn on, tune in, drop out!» («настройся, врубись, выпадай!»).

Поэты-битники Аллен Гинзберг и Лоуренс Ферлингетти читали стихи, а музыку обеспечивал весь цвет сан-францисского рока: Jefferson Airplane, Grateful Dead и Big Brother and the Holding Company со своей солисткой Дженис Джоплин.

Апогеем калифорнийского лета любви стал прошедший 16–18 июня так называемый «Поп-фестиваль» в городе Монтерей в двух часах езды от Сан-Франциско по берегу залива: несколько десятков тысяч человек слушали The Who, Animals, Grateful Dead, Джимми Хендрикса, Дженис Джоплин и даже Рави Шанкара.

Британия тоже не отставала. 29 апреля в огромном дворце Александра Палас на севере Лондона прошел 14-часовой фестиваль Technicolour Dream («Многоцветный сон»). На сцене были Pink Floyd, Soft Machine, The Crazy World of Arthur Brown, Йоко Оно. Среди облаченных в яркие красочные одежды и погруженных в музыкально-наркотический дурман зрителей за своей будущей женой из зала наблюдал Джон Леннон.