Головная боль. Практикующий врач о ее видах, лечении и случаях, когда она может быть опасна

На прием обратилась пара: дама слегка за 60 в сопровождении своего сына. Мое внимание сразу привлек тот факт, что жалобы больше исходили от ее сына. На мой вопрос, что же привело ее на прием, я получила короткий ответ: «Не что, а кто. Сын. Я пришла, чтобы он уже успокоился». При более прицельном расспросе выяснилось, что ей сложно сконцентрироваться на своих мыслях, «голова, как и раньше, болит, но как-то совсем не так». Отметила она и «сложности при нахождении вниз головой» (точнее сформулировать ей оказалось сложно). И еще важный факт – «перестали помогать таблетки». Позже добавилась еще и жалоба на снижение функции обоняния («нюх пропал»).

Да, я намеренно оставляю запомнившиеся мне авторские словесные обороты.

Почувствуйте и вы себя неврологом на приеме. Вы думаете, нам преподносят жалобы структурированно, по пунктам, так, что сразу все становится ясно и понятно?

Как бы не так. За это я и люблю свою профессию, кстати. Иногда только по речи пациента, особенностям описания симптомов удается предположить… нет, не только диагноз. Но и профессию. Особенно запомнился мне пациент, который по роду своей деятельности был сценаристом. Такой яркости образов и неожиданных сравнений я больше не встречала.

Но вернемся к описанию случая.

Сын пациентки обрисовал картину чуть ярче: в последние несколько месяцев, не меньше полугода, он замечал изменения в поведении мамы. Она стала излишне смешливой, но в то же время появились непонятные вспышки агрессии, а порой из нее и вовсе лился неконтролируемый поток матерных слов.

Что интересно, с самого юного возраста пациентке был привычен факт наличия в ее жизни головной боли: когда-то приступы были очень яркими («запоминающимися») и сопровождались неукротимой рвотой до изнеможения. Из-за них пациентка была вынуждена пропускать работу, проводя по 1–3 дня лежа в комнате с туго завязанной платком головой. После череды беременностей и родов яркость таких приступов уменьшилась, чего нельзя сказать о частоте – они стали почти ежедневными.

Привычным стал и регулярный прием обезболивающих.

Что дал мне осмотр? Полное отсутствие какой-либо значимой очаговой симптоматики. Ничего «такого», иными словами.

И раз вы, дорогой читатель, уже не раз на страницах этой книги примеряли на себя роль невролога, давайте попробуем предположить, что происходило с пациенткой?

Схематическое изображение менингиомы лобной доли