И все-таки она плоская! Удивительная наука о том, как меняются убеждения, верования и мнения

Вот как Паскаль объяснил свое замешательство. Спектр света, который мы видим, – то есть основные цвета, называемые нами красным, зеленым и синим, – это волны электромагнитной энергии определенной длины. Они испускаются каким-то источником, например, солнцем, лампой, свечой. Когда этот свет сталкивается, скажем, с лимоном, тот поглощает волны одной длины, а остальные отражает. Вот они и проходят через отверстие в органе зрения, которое называется зрачком, и попадают на сетчатку в задней части глаза, где все это преобразуется в электрохимическую реакцию нейронов. Ее-то мозг затем и использует для создания субъективного опыта видения цветов. Поскольку большая часть естественного света состоит из смеси красного, зеленого и синего, а лимон поглощает длины волн, соответствующие синему цвету, на сетчатку попадают оставшиеся красный и зеленый цвета, которые мозг затем объединяет в субъективное восприятие желтого лимона. Однако этот цвет существует только в нашем уме. Желтый – это всего лишь плод воображения. Причина, по которой мы склонны соглашаться с тем, что лимоны желтые (и что они лимоны), заключается в том, что наши мозги в значительной степени создают один и тот же плод воображения, когда свет падает на лимоны, а затем отражается в наших головах.

Если мы расходимся во мнении о том, что видим, обычно это происходит потому, что изображение в некотором роде неоднозначно, и мозг одного человека устраняет неоднозначность изображения не так, как делает это мозг другого. Паскаль сказал, что в нейробиологии самые распространенные примеры устранения неоднозначности называются внутриличностными бистабильными зрительными иллюзиями. Бистабильными, потому что каждый мозг в принципе способен на две интерпретации одного и того же объекта, но не одновременно, а только на одну интерпретацию за один раз, и внутриличностными, потому что каждый мозг выбирает одни и те же две интерпретации. Вы, вероятно, видели некоторые из таких неоднозначных изображений: например, кролика-утку, который иногда выглядит, как утка, а иногда – как кролик. Или ваза Рубина, которая иногда выглядит как ваза, а иногда – как силуэты двух людей, стоящих лицом друг к другу.

Первоначально «Кролик-утка» появился без указания авторства в виде рисунка в номере немецкого журнала Fliegende Blätter за 1892 год с подписью, в которой спрашивалось, на каких двух животных это похоже. Позже это изображение было популяризировано философом Людвигом Витгенштейном, чтобы проиллюстрировать разницу между восприятием и интерпретацией. Он писал: «Некоторые вещи, которые мы видим, нас озадачивают, потому что мы недостаточно интересуемся самим зрительным процессом»[57].

Как и в случае любого двухмерного изображения – будь то пятна краски или пиксели на экране, – если линии и формы хоть сколько-нибудь похожи на вещи, которые мы видели в прошлом, мы устраняем неоднозначность и видим Мону Лизу или парусную лодку, или в случае бистабильного изображения либо утку, либо кролика. Но «Платье» стало чем-то новым, промежуточной бистабильной зрительной иллюзией. Бистабильной, потому что каждый мозг выбирает одну интерпретацию за раз, но промежуточной, потому что каждый мозг выбирает только одну из двух возможных интерпретаций. Вот почему «Платье» сбило Паскаля с толку. Один и тот же свет попадал в глаза всем, и все интерпретировали линии и формы как платье, но почему-то мозг каждого преобразовывал это платье в разные цвета. Что-то происходило между восприятием и сознанием, и он хотел понять, что именно. Поэтому он добился финансирования и переключил внимание своей лаборатории в Нью-Йоркском университете на разгадку тайны «Платья», пока изображение еще было вирусным.

Ваза Рубина названа в честь датского психолога Эдгара Рубина, который представил ее в своей докторской диссертации 1915 года, чтобы проиллюстрировать, что происходит, когда два изображения имеют общую границу. Если мозг фиксирует внутренние границы вазы Рубина, то видны силуэты, но когда он фиксирует внешние границы, появляется ваза. Представленное здесь изображение было создано в 2007 году Джоном Смитсоном.

Паскаль предположил, что разные люди видели разные цвета платья, потому что, когда мы видим нечто незнакомое и неоднозначное, наш мозг устраняет неоднозначность, используя самые привычные для себя способы – то есть подключая уже хорошо проторенные нервные пути. Мозг создает предположение о том, как должен выглядеть внешний мир, на основе того, как он выглядел в прошлом. Но и на этом мозг не останавливается: в ситуациях, которые Паскаль и Карлович называют «существенной неопределенностью», он будет использовать свой опыт для создания иллюзии того, что должно быть, но не существует. Другими словами, в новых ситуациях мозг обычно видит то, что ожидает увидеть.