Иными словами, когда истина неопределенна, мозг разрешает эту неопределенность без нашего ведома, создавая наиболее вероятную реальность, которую он может представить на основе нашего предыдущего опыта. Люди, чей мозг одним и тем же способом устраняет эту неопределенность, окажутся в согласии, как те, кто видел черно-синее платье. Другие, чей мозг разрешит эту неопределенность по-другому, также придут к согласию, но уже с теми, кто видел бело-золотое платье. Суть
«Выводы могут быть какими угодно, в зависимости от того, что мозг делает доступным для нашего сознания, – касается ли это результатов восприятия, решений или интерпретаций. Объекты над пунктирной линией часто сознательно не учитываются при оценке выводов. Некоторые из них могут быть недоступны сознанию. Обратите внимание, что это не единственное возможное различие между людьми. Возможно, мозги с самого начала тоже разные. Такое может быть, но мы почти ничего об этом не знаем. Обратите внимание, что отличающихся предположений достаточно, чтобы возникли различия в выводах при таком подходе. Это не значит, что другие факторы при этом не имеют значения. Также обратите внимание, что мы рассматриваем здесь двух человек. Если задействовано более двух, ситуация будет еще сложней». (ИзPascal’s Pensees: https://pensees.pascallisch.net/?p=2153)
Одним из примеров
Когда мы сталкиваемся с новой информацией, которая кажется неоднозначной, мы неосознанно устраняем эту неоднозначность, основываясь на прошлом опыте. Но в зависимости от уровня восприятия разный жизненный опыт может привести к очень разным способам устранения неоднозначности и, следовательно, к формированию очень разных субъективных реальностей. Когда это происходит в условиях существенной неопределенности, мы можем сильно расходиться во мнениях по поводу самой реальности, но поскольку ни одна из противоборствующих сторон не осознает происходящих в мозге процессов, которые ведут к этому расхождению во мнениях, люди с иной точкой зрения кажутся нам, мягко говоря, неправыми.
После своего первоначального исследования влияния различных исходных предположений на восприятие неоднозначных изображений Паскаль решил протестировать
В домашнем кабинете у Паскаля был вход в специально оборудованный подпол, где он и его коллега Майкл Карлович проводили исследования. Это помещение представляло собой затемненную зону, заваленную кроксами всех цветов, а также носками, различными светодиодными лентами и кипами бумаг – свидетельствами того озарения, которое вылилось в безумный забег по всему Нью-Йорку в поисках материалов, необходимых для создания «когнитивной ядерной бомбы».
Покачиваясь в своем офисном кресле, Паскаль сказал, что назвал это ядерной бомбой, поскольку в процессе научного понимания мы всегда идем от