И все-таки она плоская! Удивительная наука о том, как меняются убеждения, верования и мнения

Энтони спросил, можно ли чувствовать себя комфортно, нормально функционировать, жить полноценной жизнью и обрести смысл без религии. Пока она отвечала, закончился четырехминутный интервал, а затем и четырнадцатиминутный.

Затем Энтони спросил, есть ли минусы в том, чтобы считать что-то правдой, не имея на то веских оснований.

Делия сказала: возможно. «Я сомневаюсь каждый день и уже больше не хочу этого делать». Он копнул глубже, спросив, каково это.

Она сказала, что, когда в ней зародилось сомнение – кажется, во время пения в церкви, – она огляделась и задалась вопросом, как чувствуют себя другие люди. «Надо же, они всю свою жизнь ни в чем не сомневаются». Как им это удается? Она почувствовала себя чужой среди них, раз усомнилась в том, что так «прочно сидело у них в головах». «Тогда я потеряла чувство общности и ощутила это глубоко внутри. Как будто я внезапно оказалась одна в большой толпе. Вы когда-нибудь чувствовали себя потерянным? Будто вы в другой стране, и вокруг нет знакомых лиц?»

«Чувствовал, – сказал Энтони. – Как будто вокруг полно людей, но они меня не понимают».

«Да, – ответила она. – Вот про это я и говорю».

Энтони спросил, возможно ли, что все же в такие моменты в церкви есть люди, которые чувствуют то же самое.

«Да, конечно», – сказала Делия. Ей бы хотелось, чтобы у людей над головами были облачка мыслей, которые обычно рисуют персонажам комиксов, чтобы можно было это узнать.

Энтони сказал, что когда-то чувствовал то же самое. Он сидел на скамье и чувствовал, что у него нет веских причин верить в то, во что верят окружающие. Может быть, у них тоже не было веских причин, однако их все устраивало, но ему нужно было нечто большее.

Энтони был рад, что вместе с Делией они смогли найти истинные причины, по которым она продолжала верить, и что он помог ей обдумать, оправдана ли ее вера. На этом его миссия уличного эпистемолога была выполнена, и он пожелал ей всего наилучшего.

Собирая вещи, Энтони просмотрел записи разговора. «Основательность для нее – залог спокойствия. Возможно, и тайна для нее очень важна. Она очень открытая и честная. Говорит об ангелах». «А в конце она сказала, что только что очернила что-то очень для нее важное», – произнес он вслух для слушателей своего канала, которые оставили несколько комментариев. Один из них заметил, что можно было спросить: стала бы она сомневаться, если бы не хотела знать правду? Энтони сказал, что это отличное замечание.

И тут я вышел из-за кустов и подошел к нему. Я наблюдал за их разговором, спрятавшись за декоративными кустарниками, где сидел на канале вместе с остальными и слушал, как работает Энтони. «Она замечательно об этом сказала. Боже, да каждому второму это знакомо. Ты сидишь в церкви, мечети или храме и задаешься вопросом, а не сомневаются ли люди вокруг». Энтони взял свой вентилятор и камеры, упаковал доску, и мы направились к машине.

«А для чего „Тик-так“?» – спросил я. Энтони сказал, что испытал несколько способов оценки взглядов своего собеседника, и коробок «Тик-так», безусловно, был лучшим вариантом.

Он спрашивал: согласен ли собеседник с тем, что общее число драже в коробке либо четное, либо нечетное? Обычно собеседник соглашался. Но некоторые говорили, что может быть и то, и другое. Так или иначе, Энтони спрашивал, как это можно определить. И независимо от ответа задавал следующий вопрос: что если другой человек скажет, что число драже четное – после того, как вы их пересчитали и обнаружили, что оно нечетное? А он будет утверждать, что это его правда?

* * *

У себя дома в Сан-Антонио Энтони показал мне свой канал на YouTube, на котором были сотни подобных разговоров за период более чем в шесть лет. Он разбирал с людьми их убеждения в отношении закона притяжения, теорий заговора, призраков, высшего разума, правосудия, фильма «Секрет» и множества устоявшихся идей в истории, науке и медицине. Смысл заключался в том, чтобы совершенствоваться вместе с другими людьми, выкладывая разговоры в сеть, где все желающие могут их разбирать и комментировать.

«Одно из самых приятных открытий состоит в том, что, используя этот метод, мы можем исследовать практически любое утверждение, – сказал мне Энтони. – Ведь к чему угодно можно применить этот алгоритм: как вы начинаете разговор, уточняете предмет обсуждения, затем разбираете соображения, которые приводит собеседник, и после этого анализируете, насколько надежен метод, который он использует, чтобы прийти к своему умозаключению».

Энтони сказал, что поначалу он расспрашивал людей в основном о религии, но «уличная эпистемология естественным образом расширилась, потому что часто встречались люди, которые не верят в бога или не хотели об этом говорить». Вместо того чтобы просто закончить разговор, он его продолжал. «Было даже некоторое недовольство со стороны религиозного сообщества, которое боялось, что этот метод разрушит их структуру».