Но вы также можете решить не говорить о своей границе и начать вести себя в соответствии с ней. Так можно поступить, если вы уже не раз говорили о собственных потребностях и многократно высказывали просьбы, но ничто не помогло; если по прошлому опыту вы знаете, что установление границ с этим человеком всегда приводит к жесткому сопротивлению; если потребность срочная и нет эмоциональных сил на разговор о границах.
Поскольку Наоми уже много раз заявляла о своих чувствах и потребностях, она чувствует, что нет нужды озвучивать границу вслух. Девушка может просто начать вести себя в соответствии с ней: выйти из комнаты, услышав оскорбительные шутки Кена; не приходить на семейные сборища, зная, что там будет он.
Уходя от общения, мы прерываем взаимодействие, которое считаем вредным для себя. Так мы признаем, что не можем контролировать чужие действия, но способны управлять своей ролью в динамике отношений. Вместо того чтобы играть в перетягивание каната, мы выпускаем его из рук.
Идея прекратить общение, тем самым заявив о своей границе, всегда казалась мне странной. Ведь я стремилась научиться стоять за себя, а отказ от взаимодействия казался противоположностью этого активного действия. Я беспокоилась, что прерывание общения — то же самое, что избегание конфликта, а я всю свою жизнь, будучи патологическим альтруистом, только этим и занималась. Но вскоре я поняла, что прекращение общения с целью угодить окружающим и с целью установить границы — совершенно разные вещи.
Один из членов моей семьи годами отпускал критические комментарии по поводу чужого веса. Мне это очень не нравилось. Я сама много лет боролась с лишним весом, как и многие мои близкие, и такие реплики казались мне жестокими и бесчеловечными. Я много раз пыталась убедить этого человека прекратить, но ничто не помогало. Меня, как водится, называли «слишком чувствительной» и твердили, что я все принимаю «близко к сердцу». Сколько я ни спорила, сколько ни уговаривала, человек упорно не хотел меняться.
Вскоре я поняла, что эти перепалки плохо на меня влияют. После каждого спора я испытывала гнев и фрустрацию и не могла успокоиться часами и днями. Наконец я поняла, что пытаюсь изменить того, кто не собирается меняться, и в процессе врежу себе. Я перестала «качать права» и стала просто уходить от контакта. В ответ на любой комментарий по поводу веса я не реагировала или прекращала общение. Не отвечала на текстовые сообщения; вешала трубку, если замечание делалось в телефонном разговоре; выходила из комнаты при личном общении. Я не могла контролировать чужое поведение, только свое, и не желала проявлять уважение к чужим жестоким словам своими присутствием и реакцией.
Патологические альтруисты не вступают в конфликты из страха. Отмалчиваясь из боязни, мы думаем: «Мне страшно возражать и высказывать свое мнение, потому что я боюсь им не понравиться»; «Не хочу раскачивать лодку, лучше молчать»; «Не хочу, чтобы они знали, что у меня есть такая потребность: меня осудят, лучше ничего не говорить».
Прекращение общения с целью отстоять границы — проявление силы. В этом случае мы рассуждаем так: «Я не могу контролировать их отношение ко мне, но могу не терпеть негативное обращение»; «Я не стану тратить свое драгоценное время и силы на бесполезные споры»; «Я не стану проявлять уважение к человеку, позволяющему себе такую грубость, и вступать с ним в разговор».
Иногда человек ведет себя настолько оскорбительно, что у нас нет другого выхода, кроме как полностью прекратить отношения. Порой их удается сохранить при условии, что мы избегаем определенных неприятных тем или они становятся менее близкими. Существует шесть стратегий поддержания границ с помощью прекращения контакта: три краткосрочные и три долгосрочные. Учтите, что эффективность этих методов сильно зависит от обстоятельств; кроме того, некоторые из них могут не подойти лично вам.
Уход от взаимодействия означает, что мы физически или вербально устраняемся от неприятной ситуации. Например, можно выйти из комнаты, создать физическое пространство между собой и другим человеком — это физические методы. Можно не отвечать на сообщения и звонки, вешать трубку, молчать и не реагировать на провокации — это вербальные методы.
Этот подход эффективен в большинстве случаев, когда есть возможность физически покинуть пространство.
Наоми может выйти из комнаты, когда Кен начинает отпускать грубые шутки, или не отвечать на его сообщения с оскорбительными комментариями.