Наоми установила границы в отношениях с Кеном и пробует их придерживаться. На следующей неделе Арья с Кеном устраивают ужин и приглашают ее и родителей.
За десертом Наоми рассказывает, что потеряла деньги, неудачно вложившись в акции.
— Я очень расстроена, — признается она. — Вроде была перспективная компания, но на этой неделе они обанкротились. Столько денег коту под хвост.
Родители и Арья сочувственно кивают, но Кен вытягивает руки над головой и протяжно вздыхает.
— Что я говорил, Наоми? Не лезь в мужские дела. Женщина и инвестиции — где это видано?
Наоми чувствует, как у нее вспыхивают щеки. «Ну все», — думает она. На миг закрывает глаза, делает глубокий вдох и встает из-за стола.
— Спасибо за прекрасный ужин, — говорит она, — но мне пора.
Она относит тарелку на кухню, а Кен кричит ей вслед:
— Ты серьезно? Испортишь нам вечер из-за какой-то шутки?
На миг Наоми начинает сомневаться в себе: «Может, я правда слишком чувствительная?» Но внутри все полыхает, и она понимает, что права. Она не реагирует на провокацию Кена, кладет тарелку в раковину, берет сумку и уходит.
Около машины ее начинает трясти. С одной стороны, она чувствует себя виноватой, что ушла раньше времени; а вдруг родные на нее обиделись? С другой, она ощущает себя сильной и не может не признать, что это намного приятнее беспомощности, которую она чувствовала, когда молча слушала «шуточки» Кена.
На следующий день Арья звонит Наоми.
— Я знаю, тебе не нравится его юмор, — раздраженно говорит она. — Но неужели нельзя было остаться? Ты всех поставила в неловкое положение.
— Арья, — отвечает Наоми, — я тебя очень люблю, но нет, я не могла остаться. Я просто не согласна больше терпеть эти замечания.
Арья вздыхает. Наоми продолжает:
— Если честно, думаю, в дальнейшем нам с тобой лучше встречаться вдвоем. Я могла бы приходить раз в месяц, но терпеть такое раз в неделю для меня — это слишком.
Арья молчит.
— Я подумаю, — наконец тихо отвечает она. — Просто неприятно, что моей сестре не нравится мой муж.
Наоми чувствует ее разочарование. Она знает, что Арья сейчас хочет, чтобы она ее успокоила и сказала: «Нет, что ты, конечно, Кен мне нравится!» Ей стоит больших усилий не поддаться старому паттерну и не соврать, чтобы сохранить гармонию.
— Понимаю, ты в трудном положении, — говорит Наоми. — Если Кен решит перестать отпускать сексистские комментарии, мы можем снова начать встречаться раз в неделю.
Они договариваются выпить кофе вдвоем на следующей неделе. Наоми вешает трубку и испытывает два чувства, уже ставших привычными: вину и силу. Арья недовольна, это очевидно, но Наоми в кои-то веки чувствует, что не предала себя, лишь бы поддержать гармонию. Она ощущает уверенность и готовность защищать свои границы.