Я не старею, я меняюсь. Разговор с позитивным психотерапевтом

В нашем обществе так повелось, что учить и лечить может каждый исходя из собственного жизненного опыта. На мой взгляд, аргументы типа: «А что там непонятного? Я сам учился в школе, все помню, знаю, как лучше» или советы педагогу, в которых основным аргументом является то, что «я сам отец (мать)», не выдерживают никакой критики. Это все равно, что человек смело садится за штурвал самолета на том лишь основании, что он в своей жизни много часов налетал в качестве пассажира. В школе одновременно осуществляются два процесса: обучение (это поручено обеспечить учителю) и учение (это ответственность ученика). Разные роли, разные позиции, разные задачи. Цель одна – способствовать созданию образа подрастающего человека (напомню, речь идет об образовании). Если это так, тогда и результат удовлетворит всех, и процесс для школьника будет полезным, соответствующем его потребностям, его природе, природосообразным (привет от Яна Амоса Коменского, великого педагога семнадцатого века!).

Первый опыт работы в школе оказался удачным, и мне было позволено обучать «моих» детей дальше, разумеется – вместе с другими учителями-предметниками. Не воспользоваться такой возможностью – грех, и я, разумеется, не отказалась. В пятом и шестом классах мы осваивали математику, позже настал черед физики (благо мое образование позволяло), и так незаметно пришли к окончанию школы. Много написано о трудностях подросткового возраста, щедро раздаются родителям советы типа «как справиться с подростком-манипулятором», «как бороться с подростковой ленью», «как заставить подростка учиться» – чувствуете, какие сильные глаголы используются? Я, когда такое слышу, недоумеваю, откуда вообще взялось представление о том, что детство – это безмятежная, счастливая пора. Детство – это драматично, если вспомнить, через какие препятствия, непонимания, обиды порой проходит невзрослый человек. Что говорить о жизни подростка, человека уязвимого, с обостренным чувством справедливости? По моим наблюдениям, там есть место по-настоящему трагическим переживаниям. Именно в мире подростков идет нешуточная борьба добра со злом, когда жизнь постоянно требует определиться, с кем ты, на чьей стороне. Занятые взрослые чаще всего не замечают этих баталий, полем битвы которых являются неокрепшие души впечатлительных отроков. Они, взрослые, видят лишь верхнюю часть айсберга – «отвратительные поступки», «недопустимое поведение» и вопросы задают соответствующие: когда двойку исправишь, почему снова школу прогулял. Не понимая, что это лишь следствие. Если умный взрослый в диалоге с подростком заботится о сохранении человеческого достоинства, он скорее всего поинтересуется, что мучает подростка, что он чувствует, что его заставило пропустить урок, в чем причина неудачи на контрольной, чем помочь.

Выжившие, но часто уставшие и даже раненные в боях за знания подростки составляют контингент старшеклассников. Остальные занимают места в учебных заведениях с красивым иностранным названием «колледж», с ударением на первом слоге (американцы произносят это слово практически через «а», «е» звучит как «э», русскому уху непривычно резкое «кАллэдж»). Так с радостью себя сегодня называют вчерашние профтехучилища, к которым вынуждены присоединиться, наверное, без радости, в прошлом солидные техникумы. В свое время мне удалось поработать и в этих видах учебных заведений. Везде была своя специфика. Общим было одно – энергетика юности, исходящая от «контингента обучающихся», которая держала в тонусе преподавателей, работающих с этим «контингентом». Всем, кто озабочен поисками эликсира молодости, очень рекомендую вновь повариться в студенческой среде в качестве преподавателя. В свое время на мою просьбу к подруге, которая активно перетаскивала меня на работу в техникум, назвать хотя бы одну весомую причину, по которой я должна бросить престижную, хорошо оплачиваемую работу в спектральной лаборатории оборонного завода и стать преподавателем, она после недолгого раздумья выпалила: «Это весело!»

Логично, что последние двадцать лет моей профессиональной карьеры прошли в качестве доцента вуза. Обучать будущих педагогов и психологов было очень интересно. Мною они с самого начала, с первого дня знакомства воспринимались как коллеги, даже без приставки «будущие».

Уверена, что опыт близкого общения с людьми разного возраста очень обогатил мои представления о человеке, подтвердил неподдельный интерес к человеческой природе и помог утвердиться в решении посвятить оставшуюся часть жизни работе практического психолога.

Попробуйте ответить на вопросы:

• Какой опыт общения с детьми, подростками, молодежью есть в вашей жизни?

• Интересны ли вам устремления современных молодых людей?

• Склонны ли вы вступать в дискуссию с подрастающим поколением? На какие темы?