Читаем Иностранные войска, созданные Советским Союзом для борьбы с нацизмом. Политика. Дипломатия. Военное строительство. 1941—1945 полностью

После этого в судьбе 1-й югославской бригады наступил рубежный этап. Командование 23-й дивизии и 14-го корпуса НОАЮ, а также политкомиссары бригады причину ее потерь видели исключительно в плохом руководстве, халатности командующего М. Месича, трусости бойцов, враждебном настрое части воинов бригады по отношению к НОАЮ, преднамеренном поднятии паники и т. д. Пропавших без вести бойцов обвинили в том, что они перешли к немцам[1529].

Значительные потери бригады в бою за Чачак стали поводом для смены ее командования. 18 ноября 1944 г. были лишены должностей М. Месич, М. Пришлин и другие офицеры из бывшего Хорватского легиона. Начальник разведслужбы бригады подпоручник Н. Шабски был расстрелян как «агент гестапо». Новым командиром был назначен майор С. Микшич, комиссаром – А. Краячевич, начальником штаба – капитан Н. Томич[1530]. Кроме того, были ликвидированы иные выявленные «вольности», отличавшие бригаду от других частей НОАЮ[1531]. Можно сказать, что с этого момента бригада стала менять свое лицо. В целом к концу войны в ней осталось лишь около 20 % бойцов, которые первоначально входили в ее состав. Остальные погибли, были ранены или переведены в другие части[1532].

Бригада также пострадала в плане материального обеспечения (руководство НОАЮ изначально взяло курс на «удушение» ее снабжения[1533]). В итоге у бригады отобрали большую часть автопарка[1534], а в январе 1945 г. ее артдивизион (7 76-мм орудий ЗИС-З) был передан 21-й[1535] и 11-й дивизиям НОАЮ[1536].

12 декабря 1944 г. бригада была переведена в состав 5-й краинской ударной дивизии НОАЮ (где и находилась до конца войны)[1537], и затем отправлена на Сремский фронт[1538]. В боях на этом фронте артиллерийские батареи бригады были недостаточно настойчивы в борьбе с танками противника. 3 января 1945 г. германские танки уничтожили все 7 орудий артдивизиона бригады[1539]. К 17 января бригаде удалось без тяжелых боев и потерь прорваться в район деревни Беркасово. 20–21 января бригада совместно с другими частями НОАЮ освободила Беркасово и продолжила преследование в сторону г. Товарник[1540].

Весной 1945 г. 5-я краинская дивизия через города Шапац и Зворник была переброшена в Боснию, где приняла участие в освобождении городов Янина и Биелина. Под г. Брчко вновь разгорелись тяжелые бои с противником. Сломив трехдневное сопротивление врага, бригада, взаимодействуя с другими частями НОАЮ, двинулась в Славонию, а оттуда еще дальше на запад. Под Славонски-Бродом бригаде также пришлось вести тяжелые бои. Бригада с боями проходила ежедневно по 40–50 км и вскоре вышла к австрийской границе[1541]. 19–21 апреля в боях за Славонски-Брод бригада понесла большие потери – 113 убитых и 311 раненых, однако это не вызвало такой негативной реакции командования, как было при Чачаке. Боевой путь бригада завершила в Бьеловаре. В ноябре 1945 г. боTльшая часть воинов бригады была демобилизована[1542]. Всего в 1945 г. в военных действиях погибли 308, были ранены 1128, пропали без вести 85 и умерли от болезней и ран 18 воинов бригады. В ходе военных действий бригада получала пополнение: к 13 ноября 1944 г. – 600 человек, с 7 февраля по 1 мая 1945 г. – 1908 человек[1543].

Очевидно, в связи с неоднозначной боевой судьбой 1-й югославской бригады, особенно до ее переформирования, оценка результатов ее боевых действий в литературе противоречива.

Б. Димитриевич[1544] и А. Тимофеев[1545] дали им отрицательную оценку. М. Пойич, наоборот, считает, что бригада «выполнила поставленную ей задачу против превосходящих сил противника», а неудачи под Чачаком были обусловлены «недостаточной поддержкой или отсутствием таковой соседних частей»[1546].

М. Джилас в своих воспоминаниях также оправдывал бригаду, считая, что ее неуспех «следует объяснять не столько бойцовскими качествами людей, сколько неподобающей организацией и отсутствием опыта»[1547].

Советская военно-техническая помощь и подготовка кадров для НОАЮ

Перейти на страницу:

Похожие книги

1937. Трагедия Красной Армии
1937. Трагедия Красной Армии

После «разоблачения культа личности» одной из главных причин катастрофы 1941 года принято считать массовые репрессии против командного состава РККА, «обескровившие Красную Армию накануне войны». Однако в последние годы этот тезис все чаще подвергается сомнению – по мнению историков-сталинистов, «очищение» от врагов народа и заговорщиков пошло стране только на пользу: без этой жестокой, но необходимой меры у Красной Армии якобы не было шансов одолеть прежде непобедимый Вермахт.Есть ли в этих суждениях хотя бы доля истины? Что именно произошло с РККА в 1937–1938 гг.? Что спровоцировало вакханалию арестов и расстрелов? Подтверждается ли гипотеза о «военном заговоре»? Каковы были подлинные масштабы репрессий? И главное – насколько велик ущерб, нанесенный ими боеспособности Красной Армии накануне войны?В данной книге есть ответы на все эти вопросы. Этот фундаментальный труд ввел в научный оборот огромный массив рассекреченных документов из военных и чекистских архивов и впервые дал всесторонний исчерпывающий анализ сталинской «чистки» РККА. Это – первая в мире энциклопедия, посвященная трагедии Красной Армии в 1937–1938 гг. Особой заслугой автора стала публикация «Мартиролога», содержащего сведения о более чем 2000 репрессированных командирах – от маршала до лейтенанта.

Олег Федотович Сувениров , Олег Ф. Сувениров

Документальная литература / Военная история / История / Прочая документальная литература / Образование и наука / Документальное
Вторжение
Вторжение

«Вторжение» — первая из серии книг, посвященных Крымской кампании (1854-1856 гг.) Восточной войны (1853-1856 гг.). Это новая работа известного крымского военного историка Сергея Ченныка, чье творчество стало широко известным в последние годы благодаря аналитическим публикациям на тему Крымской войны. Характерной чертой стиля автора является метод включения источников в самую ткань изложения событий. Это позволяет ему не только достичь исключительной выразительности изложения, но и убедительно подтвердить свои тезисы на события, о которых идет речь в книге. Наверное, именно поэтому сделанные им несколько лет назад выводы о ключевых событиях нескольких сражений Крымской войны сегодня общеприняты и не подвергаются сомнению. Своеобразный подход, предполагающий обоснованное отвержение годами сложившихся стереотипов, делает чтение увлекательным и захватывающим. Язык книги легкий и скорее напоминает живое свободное повествование, нежели объемный научно-исторический труд. Большое количество ссылок не перегружает текст, а, скорее, служит, логичным его дополнением, без нудного тона разъясняя сложные элементы. Динамика развития ситуации, отсутствие сложных терминов, дотошность автора, последовательность в изложении событий — несомненные плюсы книги. Работа убедительна авторским профессионализмом и количеством мелких деталей, выдернутых из той эпохи. И чем более тонкие и малоизвестные факты мы обнаруживаем в ней, которые можно почерпнуть лишь из свежих научных статей или вновь открытых источников, обсуждаемых в специальной литературе, тем ценнее такое повествование. Несомненно, что эта работа привлечет внимание всех, кому интересна история, кто неравнодушен к сохранению исторической памяти Отечества.

Сергей Викторович Ченнык

Военная история / Образование и наука