История моей жизни. Открывая мир движениями пальцев

Мистер Сполдинг на протяжении нескольких лет продолжал поддерживать нас финансово. Он обещал позаботиться о нашем будущем, но, к сожалению, скончался, так и не включив нас в свое завещание. После его смерти наследники отказались от подобной поддержки, а один из его племянников даже обвинил нас в злоупотреблении его доверием. Но я не могу промолчать и не упомянуть прекрасного, великодушного человека, который желал лишь одного – чтобы мы были счастливы.

2 мая 1905 года произошло знаменательное событие: моя учительница сочеталась браком с мистером Мэйси. Она отдала мне лучшие годы своей жизни, и я искренне желала, чтобы ее жизнь была наполнена любовью достойного человека. Их брак принес мне неописуемую радость.

В солнечной, полной цветов гостиной нашего фермерского дома один из наших старейших и ближайших друзей, доктор Эдвард Эверетт Хэйл, провел обряд бракосочетания. Я стояла рядом с моей учительницей, в окружении наших близких друзей и моей матери. Ленора писала мне на руке о каждом моменте церемонии. После свадьбы мистер и миссис Мэйси отправились в путешествие в Новый Орлеан, а я поехала к матушке. Каково же было мое удивление, когда спустя всего несколько дней супруги Мэйси приехали к нам. Мы с моими самыми близкими людьми наслаждались южным летом, и пение пересмешника стало для нас свадебной музыкой.

По возвращении в Рентхем я узнала, что ходят слухи, будто я несчастлива и ревную мою учительницу.

Хочу прямо заявить на страницах этой книги: я безмерно люблю этих замечательных людей. Моя сильная и преданная учительница, с ее благородным умом и душой, всегда стремилась к истине. А ее муж относился ко мне с братской заботой и отзывчивостью, его юмор и терпимость делали мою жизнь ярче. Я не могла принимать участие в активной жизни, поэтому они обогащали мой мир своими живыми описаниями, интересными рассказами и шутками, делая каждый день особенным. Их слова были полны мудрости и тепла, хоть они и говорили совершенно по-разному: моя учительница щедро комментировала любые события и новости, одаривая меня рассказами, словно сокровищами, а ее супруг всегда взвешивал каждое слово, словно сочинял роман. Он помогал мне в трудные моменты. Как-то у меня сломалась пишущая машинка, и я пыталась переписать текст от руки, измучившись от этой тяжелой для меня работы. Тогда он ночь напролет набирал сорок страниц текста на обычной машинке, чтобы я успела отправить его издателю в срок. Он стремился удовлетворить мою любознательность, держа меня в курсе научных открытий, мировых событий и новинок литературы. Когда ему нравилась книга, он заказывал ее в выпуклой печати, чтобы я могла читать самостоятельно, а до этого читал мне в свободное время.

До приезда в Рентхем мистер Джилдер предложил мне создать серию очерков, отражающих мое видение мира. Я объединила их под названием «Мир, в котором я живу» и до сих пор помню ту радость, которую испытывала, записывая свои мысли. В них я изложила все, что вызывало мой интерес и радость: глубины философии и великолепие природы Новой Англии.

Мое увлечение живой природой никогда не иссякало, но сильнее всего я наслаждалась, когда садилась за стол, чтобы описать словами тени листьев, похожие на кружево, трепетную дрожь цветов, легкое касание крыльев бабочек, мягкость перышек на груди голубя, шелест травы и стрекот кузнечиков.

Моя следующая книга, «Песня каменной стены», была вдохновлена восстановлением старинных каменных изгородей на нашем поле. Я представляла людей, которые возвели эти стены много лет назад. Эту книгу я посвятила доктору Эдварду Эверетту Хэйлу, который также ценил каменные изгороди и традиции, с ними связанные.

В процессе написания этих книг мистер Мэйси всегда был рядом со мной. Он нещадно критиковал меня, если что-то ему не нравилось, но и щедро одаривал похвалами. Он умел поднять мне настроение и заставить смеяться, сглаживая мои беспокойные мысли и облегчая бремя на сердце. Я любила гулять или кататься с ним по извилистым дорогам Рентхема, слушая его рассказы о красоте, окружавшей нас: о прекрасной летящей птице, блестящей улыбке маленького озера, поле созревающих колосьев. Иногда он читал мне произведения Торо, сидя под величественным дубом на берегу озера. Мне не хватит слов, чтобы выразить, насколько он был мне дорог и как сильно я его любила. Невозможно забыть те тихие летние вечера или зимние ночи у камина, когда мы сидели с моими дорогими друзьями, мечтая о светлом будущем. Эти дни я вспоминаю с нежной грустью. Жизнь полна неожиданных и порой неприятных поворотов. И, хотя наш дальнейший путь был омрачен, я и моя учительница знаем, что самое ценное из того времени останется с нами навсегда.