История моей жизни. Открывая мир движениями пальцев

Это решение было принято без моего ведома и согласия, и я отказалась от его щедрой помощи с максимальной вежливостью, поскольку надеялась добиться успеха самостоятельно. Мистер Карнеги попросил меня обдумать его предложение и заверил, что стипендия будет ждать, когда я буду готова ее принять.

Весной 1913 года мы с учительницей посетили Нью-Йорк и встретились с семьей Карнеги. Их гостеприимство и желание помочь мне запомнились навсегда. Маргарет, их очаровательная дочь, вошла в библиотеку во время нашего разговора.

– Наша главная благотворительница – это Маргарет, – сказал мистер Карнеги, когда она взяла меня за руку. – Она наша добрая фея, подсказывающая мне, кому следует подарить счастье.

Во время чаепития мистер Карнеги спросил меня, не изменила ли я свое решение насчет стипендии. Я ответила отрицательно, поблагодарив его, и добавила, что продолжу борьбу. Он сказал, что понимает мою точку зрения и симпатизирует ей, но напомнил, что мои личные трудности влияют и на жизнь окружающих и что я должна учитывать не только собственные интересы. После этого он поинтересовался, действительно ли я стала сторонницей социализма, и, услышав утвердительный ответ, в шутку предложил наказать меня за такие взгляды.

– Но такой человек, как вы, должен быть последовательным, – возразила я. – Вы верите в мир между народами, в братство людей и во всеобщее образование. А это как раз убеждения социалистов.

Я пообещала отправить ему экземпляр своей книги «Из тьмы», где я рассказываю про свой путь к социализму.

– О чем вы читаете лекции? – осведомился он.

– О счастье.

– Хорошая тема, – отметил мистер Карнеги. – В мире много счастья, стоит лишь как следует его поискать.

После этого он поинтересовался стоимостью билетов на мои лекции. Я сказала, что беру доллар-полтора.

– Слишком дорого, – сказал он. – Вы будете получать гораздо больше, если станете брать 50 центов. 75 центов – предел.

Мистер Карнеги показал нам портрет Гладстона, которым он восхищался, и рассказал, что этот знаменитый английский политик был шотландцем, чего мы не знали. Он также поддерживал взгляды королевы Виктории и часто цитировал известных писателей и поэтов: Шекспира, Бернса, Вордсворта, Вальтера Скотта и Браунинга.

Он поинтересовался, почему я больше не пишу, и я ответила, что писательский процесс у меня занимает много времени, кроме того, редакторы считают, что я могу писать лишь о себе. Он заметил, что не думает, будто писательство дается легко хоть кому-то, разве что в редкие минуты вдохновения.

Он также провел меня по своей библиотеке, показав коллекцию шкатулок с драгоценными камнями, в которых лежали письма с благодарностями за библиотеки, которые он подарил различным городам.

Мистер Карнеги делился воспоминаниями о своей молодости, когда скромное состояние в 1500 долларов в год казалось ему достаточным для обеспечения комфортной старости родителей и собственной жизни. Однако судьба распорядилась иначе, позволив ему заработать намного больше.

Он всегда был оптимистом и с юмором относился к пессимистам, шутя, что отправил бы их всех в Сибирь, если бы мог.

К нему постоянно приходили разные люди. Во время одного визита мы встретили одного из дюжины миллионеров, которых он помог создать. Мистер Карнеги сказал:

– Я позволил этим парням делать деньги, и моя жизнь стала гораздо интереснее. Раньше у меня не нашлось бы времени для вас, Хелен. Но теперь у меня появилось время для размышлений, и я пересмотрел свои взгляды на многие вещи.

После встречи с ним мы продолжили наши лекции, несмотря на недомогание миссис Мэйси после сложной операции, которую она перенесла осенью. Но мы все еще были полны решимости преодолеть все трудности своими силами.

1 апреля в Мэне, где я читала лекции, резко похолодало. На следующий день моя учительница заболела, и мы были вынуждены вернуться домой. Через неделю я написала мистеру Карнеги, признав свою ошибку в том, что отказалась от его помощи. В ответ он прислал мне теплое письмо и чек.

Капитуляция была для меня унизительной, но утешало то, что я сдавалась на милость добрым друзьям.

Финансовые трудности были лишь частью наших проблем. Мистер Мэйси размышлял о том, чтобы нас покинуть, устав от борьбы и имея другие причины для отъезда. Я не хочу вдаваться в подробности этого тяжелого времени. Считаю, что невозможно с полной искренностью анализировать мотивы тех, кто оказал влияние на нашу жизнь. Время меняет воспоминания, превращая их в простые умственные конструкции. Трудно восстановить те эмоции, которые мы испытывали, и определить свое отношение к ним. Анализ разрушает чувства, как и препарирование цветка ботаником.

Вспоминая годы, проведенные в Рентхеме, я ощущаю, как слова, события и поступки заставляют душу трепетать от радости и боли. И я не стану раскладывать эти переживания на составные части.

Глава 10 В дороге

В осенние месяцы 1913 года мы постоянно путешествовали. Было приятно осознавать, что люди знают меня и приходят на мои выступления. Однако привыкнуть к нюансам публичной жизни оказалось непросто.