Ученые склонны считать, что потеря одного чувства приводит к усилению других, но подобное возможно только благодаря постоянной практике.
Мне кажется, что многие не осознают, насколько мощным инструментом познания является осязание. Тактильные ощущения пронизывают все тело, и кожа в любой его части может стать чрезвычайно чувствительной, если это необходимо. Каждый участок кожи может превратиться в своего рода щупальце, которое, касаясь чего-то, позволяет разуму делать выводы о свойствах, которые раскрываются при тактильном контакте. Это может быть тепло, холод, боль, гладкость, шероховатость или неровность поверхности. К тому же даже самые слабые движения воздуха вызывают мгновенную реакцию на лице и теле.
В погоне за научным пониманием этого чувства профессор из Колумбийского университета, доктор Фредерик Тилни, провел со мной серию экспериментов. Мои ученые мучители принесли всевозможные приборы странного вида и формы с длинными греческими названиями. Когда приходит время испытаний, вы сжимаете в кулак все свое мужество, ожидая нападения этих маленьких злобных существ. Они щиплют, сжимают, колют, давят, жалят и жужжат. Один измеряет ваше дыхание, другой – пульс, третий интересуется, не холодно ли вам, не жарко ли, не краснеете ли вы, как вы определяете, когда пора плакать или смеяться, каковы на вкус гнев и страх, каково это – кружиться на карусели, ощущать себя электрической батареей и стрелять искрами, подобно молнии. Вы безропотно позволяете им обмотать ваше запястье резиновым рукавом, который они затем надувают, не забыв спросить:
– Не слишком ли туго?
– О нет, – отвечаете вы, – совсем нет, моя рука уже полностью онемела.
Затем приходит очередь вибрационных тестов, камертонов и бряцающих кимвалов. Устройство, похожее на пылесос, взбирается вам на спину. Оркестровые инструменты гремят, и в это время ученые измеряют самые громкие и самые тихие звуки, которые вы способны уловить.
Вашу голову зажимают во что-то вроде тисков, а пальцы заставляют быстро двигаться вверх и вниз. Вас спрашивают, куда сейчас движется палец, вверх или вниз. Вы отвечаете первое, что приходит в голову, и доверяете инструментам выяснить правду.
Испытания длятся часами, и вас все сильнее охватывает сомнение в своих ощущениях. Перед началом тестов вы были уверены, что продемонстрируете свое превосходство над зрячими и слышащими. Но приборы выявляют правду: ваши сенсорные способности такие же, как у всех. В вас нет ничего необычного, кроме физических ограничений. Вы с сожалением объясняете своим «инквизиторам», что восприятие мира у вас формируется не только через органы чувств, но и благодаря магии воображения и ассоциативного мышления, которые в сочетании с хаотичным физическим опытом создают гармоничный мир, формирующий ваше представление о Вселенной.
Я говорю об этих испытаниях довольно легкомысленно, но я считаю их крайне важными. Я рада, что смогла внести свой скромный вклад в изучение природы сенсорного восприятия, вытекающих из него идей, а также процесса установления связей между ними и внешним миром. Я верю, что эти исследования станут вкладом в мировую науку по этому важному вопросу.
В своей книге я старалась показать, что, даже будучи отрезанным от звуковой и зрительной жизни мира, можно найти удовольствие в собственных ощущениях и впечатлениях. Моя жизнь отмечена хроникой дружбы. Друзья каждый день воссоздают мой мир заново. Без их нежной заботы мне не хватило бы мужества жить. Но, как Стивенсон, я знаю, что лучше совершать поступки, чем мечтать о них.
Информация о том, что я никогда не испытываю печали или мятежных чувств, неверна. Просто я давно решила не жаловаться. Смертельно раненные солдаты должны доживать свои дни с улыбкой ради других. Для этого и нужна вера: чтобы сердце находило в себе силы бороться до конца. Возможно, это не самая великая цель, но это точно не капитуляция перед лицом судьбы. Однако, чтобы хоть как-то противостоять ударам судьбы, нужно трудиться, дружить и искренне верить в Божий Промысел.
Я лишь улыбаюсь, когда окружающие сочувствуют моему одиночеству. Ведь моя жизнь изобилует различными переживаниями, которые я получаю благодаря друзьям, литературе, периодическим изданиям, путешествиям и письмам. Я ценю и горжусь ими, хотя многие склонны жалеть меня.
Во время завтрака мисс Томсон просматривает для меня заголовки газетных статей, и я выбираю, о чем хочу узнать подробнее. Аналогичным образом мне читают журналы. Обычно этим занимается мисс Томсон, миссис Мэйси или кто-то из моих друзей, кто находится рядом и владеет ручной азбукой.
Многие друзья отправляют мне письма, написанные шрифтом Брайля, в то время как другие диктуют их людям, знающим этот шрифт.
Моя подруга Эдна Портер взяла с собой таблицу Брайля в кругосветное путешествие, чтобы отправлять мне описания мест и людей, которые могли быть мне интересны.