История московской полиции

Большой интерес представляют проекты преобразований, предложенные на рассмотрение комиссии. В одном из них предлагалось создать единую полицейскую стражу, объединив в ней жандармов и полицию, формируемую по вольному найму, но сохраняющую военную организацию. Было предложение и о подчинении городской полиции контролю городской думы того или иного города, то есть создании муниципальной полиции. Все эти предложения были оставлены без обсуждения, во всяком случае официального.

Основное внимание комиссия сосредоточила на идее замены младших офицеров уездной полиции (урядников и исправников) сотрудниками жандармского корпуса. При этом встал вопрос о том, сохранят ли при этом жандармы свою автономию, то есть будут ли они подчиняться местным властям. Жандармы требовали сохранения своей независимости от местного начальства, представители МВД настаивали на том, что администрация в лице становых приставов должна контролировать полицию, в том числе и жандармов, иметь право отдавать им приказания, совершать назначения и наказания. Также было рассмотрено предложение о включении железнодорожных жандармских управлений в состав полиции. По итогам обсуждения комиссия рекомендовала заменить младших офицеров уездной полиции жандармами, но так и не решила вопрос о том, как это сделать.

Тем не менее на Особом совещании при МВД было решено отказаться от включения жандармов в состав уездной полиции. Также было заявлено, что серьезные преобразования полиции требуют перестройки всей системы управления на местах.

В конце концов материалы работы комиссии Черевина были переданы в комиссию статс-секретаря М. С. Каханова. Последняя, созданная по предложению преемника Лорис-Меликова на посту министра внутренних дел, графа Игнатова, должна была предоставить правительству план изменения всей системы внутреннего управления империи. Комиссия действительно предложила серьезные преобразования. Относительно полиции было указано, что задачи ее слишком обширны. Предлагалось сузить ее обязанности, издать специальный закон о полиции, усилить контроль над сельской полицией путем создания команд объездчиков. Комиссия отказалась от реформирования Корпуса жандармов, хотя и признала, что полиция и Корпус жандармов фактически решают одну задачу.

Также комиссия Каханова констатировала, что местные органы самоуправления не имеют возможности контролировать проведение в жизнь своих постановлений, следить за местными сборами и т. д. Эти обязанности закон оставлял исключительно за полицией, что ведет к «постоянным пререканиям и антагонизму между полицией и городскими властями»[274]. Предлагалось создать особые органы, имевшие право составлять протоколы, арестовывать имущество, привлекать к суду и т. д. Фактически речь шла о создании муниципальной полиции, дублирующей функции обычной полиции. Таким образом, комиссия констатировала противоречие между традиционными структурами госаппарата (в данном случае полицией) и новыми, выборными органами власти. Но решения комиссии также не были проведены в жизнь.

В русле консервативного курса, возобладавшего с началом правления Александра III, правительство отказалось от проведения реформ полиции. Несмотря на отдельные преобразования (создание фабрично-заводской полиции, уездной стражи, развитие системы охранных отделений), в целом подобной политики правительство придерживалось вплоть до революции 1905 г.

Однако отказ правительства от проведения реформ отнюдь не гарантировал исчезновения проблем, которые и вызвали необходимость преобразований. В стране сложилась политическая оппозиция, которая, критикуя различные стороны российской действительности, предлагала реформировать и российскую полицию.

Наиболее четко и продуманно проект преобразований сформулировал А. А. Лопухин[275]. Опытный сотрудник прокуратуры, в своей книге он подверг решительной критике всю правоохранительную систему империи. Лопухин предлагал передать полицию под контроль местных выборных властей, а для расследования наиболее сложных дел создать судебную полицию, подчинив ее прокуратуре. Политическую полицию предлагалось просто ликвидировать.

Следует отметить, что, хотя в документах Особого совещания и Макарова предложения Лопухина и не упоминаются, сформулированные им предложения активно обсуждались соответствующими органами.