Исцеление травмы развития. Детская травма и ее влияние на поведение, самооценку и способность к отношениям

Чтобы помочь клиенту почувствовать, как он поддерживает дисфункциональные паттерны, нужно сочетать такт и чуткость к слабым местам с умением вступить в конфронтацию, когда это необходимо. Крайне важно, чтобы клиент не чувствовал вину или стыд за поддержку паттернов, которые когда-то были спасительными. В то же время важно показать, что сейчас он – действующее лицо в своей жизненной истории, и это он сам воссоздает и заново проживает старые паттерны выживания. Такой подход подразумевает, что пока клиенты не разовьют достаточное чувство агентивности по отношению к своим паттернам выживания, они будут чувствовать себя беспомощной жертвой либо обстоятельств, либо других людей. Разумеется, в некоторых случаях человек и правда является жертвой, но в данном случае речь идет про влияние адаптивных стратегий выживания на жизнь взрослого. Агентивность включает в себя способность принять расщепленные аспекты своего «я», и это процесс, который происходит в настоящем. Динамика прогрессивного нарастания агентивности приносит чувство освобождения и ощущение собственных сил.

Подводя итог, скажем, что для закрепления агентивности НАРМ-терапевт вместе с клиентами исследует, как они способствуют собственным страданиям: какую роль, сознательно или нет, они играют в собственных трудностях во взрослой жизни. Естественно, люди со стратегией выживания «Связь» не несут ответственности за пережитые ранние травмы или проблемы привязанности. Со временем такие клиенты начинают осознавать, что хотя в детстве они были жертвой обстоятельств: характерных для их семьи паттернов жестокого обращения со стороны родителей, пренебрежения и так далее, но во взрослой жизни им важно осознать, как они продолжают наказывать сами себя.

4. Регуляция нервной системы

В цикле исцеления НАРМ к регуляции нервной системы можно подходить как с точки зрения восходящих потоков, так и с позиции нисходящих. С нисходящей перспективы нервная система регулируется все успешнее по мере того, как разрешаются искаженные идентификации адаптивных стратегий выживания и интегрируются подавленные эмоции. С восходящей перспективы, которая находится в центре внимания данной секции, существуют следующие ключевые техники для поддержки регуляции нервной системы: контейнирование, заземление, ориентация, титрование и раскачивание.

Контейнирование

Работая в рамках диапазона устойчивости клиента, мы укрепляем его способность к контейнированию. Важно, чтобы он был способен работать с трудностями, при этом не теряя связи со своим телом и настоящим моментом. Мы регулярно задаем клиентам вопросы, ответы на которые показывают их отношение к разным внутренним состояниям. Например:

КЛИЕНТ: Теперь я начинаю расстраиваться.

ЛОУРЕНС: Можете ли вы спокойно позволить этому расстройству возникнуть или это слишком интенсивное ощущение?

Крайне важно не отвергать болезненные эмоции, а постепенно учиться меньше погружаться в них и меньше идентифицировать себя с ними. Пока клиент чувствует, что способен справиться с трудными чувствами, мы продолжаем их исследовать. Если клиент начинает ощущать, что эмоции слишком интенсивны или что он начинает диссоциировать, мы помогаем ему замедлиться (титрование), заземлиться, использовать колебание, чтобы прикоснуться к ресурсу, или помогаем ему сфокусироваться на переживаниях настоящего (заземление и ориентация).

Фокусируясь на позитивных ресурсах и связанном с ними ощущении безопасности, человек закрепляет и расширяет области организации в теле и психике. По мере работы с этими моментами организации, скорее всего, на поверхность выйдут области дезорганизации, включая болезненные реакции, например, стыд, негативные суждения о себе и искажения идентичности, а также болезненные эмоции, например, горе и боль потери. Возникая, эти болезненные реакции и эмоции временно способствуют дезорганизации. В тщательно организованном процессе психотерапии итоговым результатом становится укрепление системной организации клиента. А это, в свою очередь, способствует укреплению связей (см. приложение 12.1).

Работать с болезненными переживаниями детства становится сложнее, когда клиент теряет способность к двойственной осознанности и больше не проводит осознанную границу между прошлым и настоящим. При проигрывании конфликтной ситуации травматические воспоминания становятся реальнее, чем переживания настоящего. В таких случаях мы задаем клиенту вопросы, специально сформулированные так, чтобы различие между прошлым и настоящим становилось четче. Исследовать прошлое полезно лишь в том случае, когда клиент способен поддерживать связь с настоящим. Если клиент ведет себя так, словно прошлая ситуация все еще разворачивается здесь и сейчас, например, когда у него в голове невольно всплывает мощный образ отца-абьюзера, который давно умер, психотерапевт может вмешаться: