Исцеление травмы развития. Детская травма и ее влияние на поведение, самооценку и способность к отношениям

ЭММА: Я доверяю твоим прикосновениям. Когда я иду на массаж, мне приходится заставлять себя, чтобы мне понравилось… но твое касание кажется правильным. Словно ты прикасаешься к моим эмоциям. Иногда во время массажа я и правда чувствую что-то приятное, но лишь на долю секунды, а потом я закрываюсь и словно немею на остаток времени. С тобой такого нет. У них [матери, отца, тети] всегда были какие-то планы на меня. Дело никогда не было во мне, всегда лишь в том, как я могу доставить удовольствие. Так поступает человечество.

Как правило, я начинала сессии, предлагая Эмме назвать зону ее тела, которую она воспринимала как особо нуждающуюся во внимании. Нередко она упоминала живот, середину спины за диафрагмой, правое бедро или челюсть. Мои прикосновения были мягкими и последовательными, наполненными намерением позаботиться о ней. Я двигалась четко и медленно, стараясь предложить ей ощущение присутствия, которое ее тело было способно воспринять. После того как я некоторое время молча касалась выбранной зоны, я, как правило, начинала диалог, описывая свои переживания.

АЛИН: Сегодня я ощущаю, что ты напряжена и словно сжимаешься… Я чувствую, как нарастает напряжение в животе. Чувствую, что твой живот неподвижен, даже замер, будто ты задерживаешь дыхание в ожидании чего-то плохого…

ЭММА: Да… мне пришло сообщение от тети… Я ей не перезвонила. Боюсь, что она хочет пригласить меня на семейную встречу, а я не знаю, как отказаться.

АЛИН: Понятно… в таком случае логично: твое тело не уверено, что ты в безопасности.

ЭММА: Я не в безопасности. Я знаю, что потеряю себя. Так всегда происходит, когда я общаюсь с семьей. Ее живот ощутимо напрягается.

АЛИН: Эмма, сейчас я положу руку тебе на живот. Дай себе время понять, как это ощущается, нормально или нет.

ЭММА: Через некоторое время… Чем больше я думаю про тетю, тем сильнее напрягаюсь. Я и не замечала этого, пока ты не прикоснулась ко мне.

АЛИН: Дай себе время, позволь животу расслабиться перед тем, как ты продолжишь говорить про семью.

ЭММА: Пауза… Мне очень страшно. Нет… на самом деле я сама пугаю себя до такого состояния, в котором я чувствую себя бесполезной и никчемной… Я уверенно шла к панической атаке.

АЛИН: А сейчас?

ЭММА: Больше нет слов. Хочу просто быть тихой и ощущать, как расслабляется тело. Мне вовсе не обязательно идти туда просто из-за того, что она меня пригласила.