Исцеление травмы развития. Детская травма и ее влияние на поведение, самооценку и способность к отношениям

Согласно трудам доктора наук Юджина Джендлина, который предложил термин «чувствуемое ощущение», такие ощущения возникают из пересечения психологического и физиологического, что позволяет нам «формировать значение переживаний тела». Чувствуемые ощущения можно найти там, где пересекаются восходящий и нисходящий процессы. Восприятие телесных ощущений связывает осознание реакций нашего тела с сопутствующими им эмоциональными реакциями и мыслями. Это переживание, составленное из разных уровней нашего бытия, позволяет постичь смысл нашего внутреннего мира. Чувствуемые ощущения – не просто умственные переживания и не просто осознание происходящего в теле. Это сочетание (1) прямых сенсорных и эмоциональных реакций организма на внутренние и внешние события, (2) внимание разума к информации, собранной органами чувств, и ее синтез, и (3) определенный уровень когерентности между этими каналами переживаний и их интеграция, формирующая осознанность конкретного состояния, ситуации или проблемы. Если мы получаем доступ к чувствуемым ощущениям на телесном уровне, это означает, что мы получаем знания и мудрость, сопутствующие телесным переживаниям. Тот же самый процесс на уровне сознания развивает способность поддерживать устойчивое сфокусированное внимание, которое помогает сохранять расслабленную, безоценочную осознанность. Такая осознанность позволяет по-настоящему наблюдать и отлаживать внутренние процессы, как психологические, так и физиологические. Способность четко оценивать конгруэнтность или ее отсутствие между сигналами тела и разума крайне важна для стабилизации внутреннего хаоса и осмысления мира человека.[4]

Как правило, чувствуемые ощущения – это не просто данность. Они формируются по мере того, как мы момент за моментом обращаем внимание на свой внутренний мир. Затратив достаточно времени и позволив чувствуемым ощущениям сформироваться, мы обнаруживаем, что телесные состояния, зачастую неуловимые, превращаются из неясных силуэтов на периферии нашего сознания в заметные объекты на его карте. Чем больше мы сосредотачиваемся на том, чтобы воспринимать свои ощущения – чувствительность кожи, тепло тела, произвольные и непроизвольные сокращения мускулатуры, вибрации органов, положение тела и так далее, тем более ярким становится наше восприятие внутренних висцеральных и эмоциональных переживаний.

Сенсорные ощущения проявляются в согласованности с потоком тела, как и в процессе свободных ассоциаций, когда мысли отмечаются по мере того, как они всплывают на поверхность разума. Путем поиска нужных слов для описания ощущений пульсации, движения, текстуры, цвета или температуры, из которых складывается передаваемая ими информация, мы создаем вербальный нарратив для невербальных переживаний. Тогда этими деталями сенсорного опыта можно поделиться, их можно обработать, а заложенную в них имплицитную информацию можно перевести в эксплицитное личное значение. Таким образом, осознанность сначала извлекается, а потом возвращается в биологическое измерение, укрепляя связь тела и разума.

Эмма никогда не училась отмечать и называть меняющиеся ритмы и колебания чувствуемых ощущений, которые являются языком нервной системы и лежат в основе формирования «я». Врач, доктор наук Антонио Дамасио доказал, что развитие обширного словарного запаса, которое обогащает и дифференцирует восприятие телесного «я», служит основанием, на котором строится все сознание. Когда Эмме удалось подобрать точные слова для описания телесного опыта и когда она научилась описывать его объективно, без регрессии, интерпретации и преждевременных попыток приписать ему смысл, ее телесное «я» почувствовало себя отраженным, утвержденным и принятым на своих условиях. По мере того как Эмма осознанно развивала свою способность к телесному вниманию, вербально связывая ощущения и мысли, ее способность к агентивности в отношении своего внутреннего мира возрастала.[5]

Этические соображения

Прикосновения стали ключевым элементом процесса исцеления Эммы. Используя касания как психотерапевтическое вмешательство, стоит учитывать ряд соображений. Не все клиенты позитивно реагируют на прикосновения, и не со всеми уместно использовать эту методику. Необходимо учитывать, что прикосновения – это сложное вмешательство, неразрывно связанное с культурными условностями, вопросами гендера и скрытыми вопросами баланса власти. Иногда прикосновение может послужить триггером глубоко укоренившихся эмоциональных переживаний, которые могут быстро перейти в стадию активного возбуждения. Следовательно, крайне важно, чтобы психотерапевт был специально обучен использованию прикосновений перед тем, как прибегать к ним в качестве вмешательства.