В случаях шоковой травмы работа в основном ведется снизу вверх, а в центре ее внимания лежит завершение реакции «бей или беги» в процессе под названием
Мы проводим четкую границу между шоковой травмой и травмой развития/отношений с практической клинической точки зрения, однако стоит отметить, что шоковые травмы, пережитые во взрослой жизни, как правило, вскрывают ранние травмы развития. Крайне редко удается работать с шоковой травмой, не обращаясь к проблемам развития. Соответственно, часто возникает необходимость работать одновременно с шоковой травмой и травмой развития.
Человеку, симптомы которого в основном являются результатом травмы развития/отношений, необходима новая парадигма. Источники, причины и пути разрешения этой травмы куда более запутаны. В случаях травмы развития, хотя человек таким же образом интегрирует энергию выживания, ему приходится справляться не только с завершением реакции «бей или беги», но еще и с внутренним конфликтом психики. Работая с травмами развития, НАРМ использует как восходящую, так и нисходящую динамику, ведь они обе являются неотъемлемыми частями процесса исцеления. В нисходящем направлении мы работаем с искажениями идентичности, которые берут начало в идентификациях стыда и контридентификациях гордости. В восходящем направлении мы работаем с дисрегуляцией нервной системы. В ходе этого процесса мы постоянно учитываем цикл дистресса, взаимодействие восходящей и нисходящей динамики (приложение I.4). Как описано в цикле дистресса, в случаях травмы развития мы приносим ошибки раннего окружения и в восходящий процесс (в виде нарушения регуляции), и в нисходящий (в виде искажений идентичности). Методика НАРМ работает с когнитивным, эмоциональным и сенсорным мирами клиента, обращаясь к проблемам дисрегуляции нервной системы, искажений идентичности и их способам взаимодействия.
При работе с травмами развития цель подхода НАРМ состоит в том, чтобы помочь клиенту установить связь с их истинным ключевым выражением и жить в соответствии с ним, таким образом возвращая им право на жизнь и способность чувствовать себя живым. Для иллюстрации работы с жизненной силой и ее искажениями из-за ошибок окружения и травм развития и отношений в качестве примера мы рассмотрим историю Пола.
Его опыт отражает опыт множества клиентов со стратегией выживания «Связь». Хотя приложение 12.1 относится ко всем стратегиям выживания, мы выбрали в качестве примера клиента именно со стратегией «Связь», потому что люди, столкнувшиеся с травмами развития/отношений раньше всего, страдают от максимального искажения жизненной силы и особого обилия симптомов. Отслеживая прогресс Пола, мы пройдем по пути исцеления с верхней части схемы к повторной интеграции ключевого выражения и жизненной силы в нижней части. На этом пути мы пройдем три стадии исцеления: (1) разрешение парасимпатически доминирующих симптомов, (2) разрешение симпатически доминирующих симптомов, а затем (3) восстановление здоровой связи и изменение регуляции. Чтобы более точно проиллюстрировать работу с жизненной силой от ее наиболее искаженной симптоматической формы до ключевого выражения, мы создали обобщенную историю исцеления Пола, которая потребовала долгосрочной психотерапии. В центре внимания здесь выражение и искажения жизненной силы, и в меньшей степени – психотерапевтические техники, которые были представлены в главе 10.
ПРИЛОЖЕНИЕ 12.1:
Искажения жизненной силы. Для более четкого понимания психотерапевтического процесса, описанного в этой главе, следует читать схему сверху вниз.Симптомы Пола были разнообразны. В начале психотерапии он в основном отмечал парасимпатические по своей природе симптомы. Пол описывал себя как одинокого и оторванного от всех человека, который строго судит себя за неумение поддерживать близкие отношения. Кроме того, у него наблюдался и ряд физических симптомов, включая проблемы с животом, боли в мышцах и особую чувствительность к стимулам окружающей среды. Пол говорил, что зачастую испытывает страх, доходящий до фобий, а иногда впадает в депрессию. Помимо этого, со временем, когда я (Лоуренс) узнал его поближе, стало очевидно, что он страдает от серьезной диссоциации, так как он с трудом обращался к своим эмоциям и телесным ощущениям.