Исцеление травмы развития. Детская травма и ее влияние на поведение, самооценку и способность к отношениям

Некоторые матери, а иногда и отцы, чувствуют, что, развивая свою независимость, ребенок словно покидает их. Тогда они манипулируют чувством вины или угрожают отстранением, чтобы противодействовать этому. Такие препятствия могут быть как скрытыми, так и явными, но так или иначе противодействие принимает форму неодобрения, насмешек и скрытых угроз. Когда родитель показывает, что он против уместных выражений автономии и независимости ребенка, тот начинает воспринимать свои порывы как опасные. Вместе с взрослением ребенка укрепляется следующая связь: чтобы родители тебя любили, надо их радовать. Так любовь начинает ассоциироваться с чувством долга, бременем и обязанностями. Для многих людей с такой стратегией выживания любовь становится тесно связана с потребностью угождать, зачастую за счет своей целостности и автономии.

Люди со стратегией «Автономия» сталкиваются с выбором: или они, или их родители. Подчинение родителям оставляет у них чувство вторжения, контроля и подавленности. С другой стороны, любовь и стремление поддерживать отношения привязанности мешает им открыто бросить вызов своим опекунам. Они находятся в безвыходной ситуации, столкнувшись с неразрешимым конфликтом: сохранить целостность своего «я» или любовь родителей. Дети адаптируются, внешне подчиняясь родителям, но втайне продолжая борьбу. Для этого они развивают могущественную, хотя зачастую скрытую силу воли.

Стратегия выживания «Автономия» у взрослых

Взрослые с этой стратегией воспринимают самоутверждение, автономию и открытое выражение независимости как опасность и избегают их. Эту адаптацию питает страх критики, они боятся, что от них откажутся и бросят.

Парализованные внутренним конфликтом

То, что изначально было борьбой с родителями, интернализируется, и человек со стратегией «Автономия» проводит всю жизнь, разыгрывая конфликт между требовательным внутренним родителем и сдерживающимся ребенком. В результате такие люди чувствуют себя обездвиженными и связанными внутренними противоречиями, привычными для взаимодействия этих ролей. Характеристики этой стратегии – крайняя амбивалентность и вытекающая из этого неспособность двигаться.

Страх близости

Учитывая детский опыт, легко понять, что у человека со стратегией «Автономия» любовь и близость ассоциируются со страхом вторжения. Он боится попасть под чужой контроль или оказаться сокрушенным, подавленным и разбитым своим партнером. Они желают близости, но ассоциируют ее с потерей независимости и самостоятельности.

Это уступчивые люди, которые боятся показать истинные чувства. Вместо этого они отыгрывают роль «хорошего парня» или «милой девушки», потому что им кажется, что раз им удалось таким способом завоевать любовь родителей, то удастся получить и любовь других людей. Ключевое выражение этой стратегии: «Ты не сможешь меня любить, если я покажу тебе свои настоящие чувства, ты меня бросишь». Так как они боятся постоять за себя, они обвиняют остальных в том, что те пользуются их мягкостью. К сожалению, позиция «хорошего парня» или «милой девушки» заведомо проигрышная. Отыгрывая роль, они сталкиваются с постоянным разочарованием, обидой и злостью. Так как они ведут себя неискренне, они не могут почувствовать, что люди любят их просто за то, кем они являются, даже если окружающие положительно реагируют на созданный ими образ. Они не доверяют миру, цинично считая, что никто не примет их такими, какие они есть.

В личных отношениях они позволяют недовольству расти, ничего с ним не делая, пока не дойдут до точки, когда накопленная обида станет невыносимой. Как правило, они используют стратегии, которые позволяют им выйти из отношений без конфронтации: отстраняются без объяснений или заставляют партнера страдать, чтобы он сам их отверг. Отвержение со стороны окружающих зачастую позволяет им стать «свободными», не испытывая вины за свой отказ, и при этом дает дополнительный бонус: ведь они оказываются невинной пострадавшей стороной.

Жизнь под давлением

Люди со стратегией «Автономия» постоянно живут под давлением. Они так к нему привыкли, что даже не распознают его. Они росли под гнетом ожиданий и требований родителей, которые они интернализировали и перенесли и в свою взрослую жизнь. Такой человек постоянно давит сам на себя, желая быть покладистым, ответственным, надежным и делать то, чего от него ждут. Он ориентирован на внешний мир и крайне чувствителен к тому, что он воспринимает как ожидания других людей. Надежды окружающих в близких отношениях и в работе они воспринимают как давление, которому надо подчиниться.