Исцеление травмы развития. Детская травма и ее влияние на поведение, самооценку и способность к отношениям

Иерархия ресурсов поддерживает связь и организацию. Наиболее полезны ресурсы, связанные с людьми. Любой человек, например, любящий дедушка, добрый учитель или наставник, может оказаться позитивным ресурсом, к образу которого можно обратиться в ходе психотерапии, чтобы поддержать улучшение регуляции и восстановление связи. Если речь идет о продолжительной ранней травме, найти человека-ресурс бывает очень сложно, так как в таком случае люди часто воспринимаются как источник угрозы. Клиенты со стратегией выживания «Связь» нередко чувствуют себя в большей безопасности, установив контакт с животным, природой или Богом. Все это также может служить позитивным ресурсом.

У большинства из нас есть доступ к большему количеству ресурсов, чем мы осознаем. Для психотерапевтов крайне важно помнить, что, если клиенты функционируют в мире, они так или иначе опираются на внутренние и внешние ресурсы. Даже в самой хаотичной жизни есть здоровые способности и ресурсы, с которыми можно начать работу. Мы все слышали о людях, воспитанных в дисфункциональных или жестоких семьях, которые повзрослели и ведут успешную, наполненную смыслом жизнь. Читая их истории, мы нередко видим, что они вспоминают одну или несколько значимых фигур в своей жизни: бабушку, учительницу, тетю. Именно эти люди научили их, что, несмотря на травмы, которые они переживали дома, в мире все еще есть любовь и доброта.

Психотерапевтический эффект позитивных ресурсов

Психотерапевтический эффект ресурсов можно рассмотреть в трех разных областях: когнитивной, эмоциональной и физиологической. Когда клиенты рассказывают о травмах детства, один из первых вопросов, который я им задаю, касается того, кто или что помогло им справиться с этими сложностями. Этот вопрос работает на нескольких уровнях:

• На уровне сознания: когда человек распознает позитивные внутренние ресурсы, это помогает ему не винить себя в своих сложностях и не стыдиться их. Когда психотерапевт понимает и отражает позитивные стороны клиента, он помогает человеку сдвинуть фокус мышления с когнитивных искажений и негативных суждений о себе, основанных на травме, и развить способность к принятию себя.

• На уровне эмоций: клиенты могли никогда не задумываться о том, что у них была, а зачастую и до сих пор есть поддержка. Нередко они не понимают, какое упорство и смелость они проявили в борьбе с трудностями, которые вставали на их пути всю жизнь. Крайне полезно уметь распознавать и ценить как внешнюю поддержку, так и внутренние силы, которые они могли не замечать в себе.

• На уровне нервной системы: связь с внутренними и внешними ресурсами укрепляет способность к регуляции. Распознавание и принятие ресурсов оказывает на нервную систему успокаивающий и регулирующий эффект.

• Ресурсы, доступные в настоящем времени, прерывают предсказательные процессы мозга и поддерживают крайне важную динамику растождествления. В том, что касается прерывания предсказательных процессов, телесные ресурсы оказываются еще эффективнее, чем когнитивное внимание. Они помогают клиентам не так прочно идентифицировать себя со своими страхами.

Когда мы воспринимаем себя и свой мир через призму травмы развития, наше восприятие затуманено расщепленным гневом, болью, дезориентацией и шоком. Ориентация психотерапии на внутренние и внешние ресурсы служит антидотом, способным сместить внимание клиента на более масштабное и менее искаженное представление о себе и своей жизни. Таким образом, в центре их внимания оказываются имеющиеся у них способности, и так мы напоминаем им, что в мире есть любовь и поддержка.

Работа с позитивными ресурсами

Очаги организации в нервной системе возникают и укрепляются при фокусировке на позитивных ресурсах и связаны с ними ощущением безопасности. Не могу не повторить еще раз, что, сосредоточившись в основном на дисфункции, мы только укрепляем ее и что необходимо шаг за шагом помогать клиенту смещать свое внимание с дисфункциональных элементов на те зоны переживаний, в которых они чувствуют связь и организацию.

Зачастую куда проще найти и использовать позитивные ресурсы при работе с шоковой травмой, а не травмами развития. Когда клиенты начинают рассказывать про события шоковой травмы, например, изнасилование или автомобильную катастрофу, они проявляют заметные признаки тревожности и разрыва связи. Я прерываю нарастающее возбуждение и объясняю, что, хотя со временем я хочу услышать историю целиком, начать нам стоит с другого вопроса:

«Расскажите мне о том моменте, когда вы впервые почувствовали себя в безопасности после произошедшего».