Исцеление травмы развития. Детская травма и ее влияние на поведение, самооценку и способность к отношениям

ЛОУРЕНС: Я заметил, что вы улыбались, рассказывая про мистера Мартина. Поделитесь, что вы переживаете сейчас?

КЛИЕНТ: Ощущаю какую-то эмоцию, но это приятно.

ЛОУРЕНС: Дайте этому чувству время и понаблюдайте за тем, что происходит.

Очевидно, что зачастую вмешательства обретают куда более тонкую форму, чем грубый шаблон, представленный выше. Тем не менее при поддержке автономной регуляции простой язык, пробуждающий особенно позитивные отношения, может быть полезен при попытке достучаться до эмоционального центра, замершего из-за травмы.

Нередко психотерапевты не понимают, как помочь замкнутым и диссоциирующим клиентам. Когда человек находит позитивный ресурс, разрядка возбуждения отражает укрепление регуляции нервной системы. Когда клиент рассказывает о своих позитивных ресурсах, я отслеживаю, какое влияние на них оказывает их осознание: рост выразительности, смягчение позиции тела, усиление голоса, улыбки, позитивное изменение паттерна дыхания и возвращение красок на лицо.

Вместе с тем как продолжается работа с очагами организации, клиенты ощущают, как крепнет регуляция эмоций и ощущение раскрытия. В естественном колебании неизбежно возникают и зоны дезорганизации, включая болезненные эмоции, негативные убеждения, идентификации стыда и другие симптомы. Психотерапевт может вернуть внимание клиента к изначальному болезненному нарративу лишь тогда, когда клиент достиг стабильного состояния. Психотерапевт помогает клиенту справляться с возникающими непростыми эмоциями, а также учит человека поддерживать двойственную осознанность эмоциональной боли. При этом он показывает, что эти болезненные чувства – лишь пережиток прошлого. Крайне важно не отталкивать болезненные эмоции, но в то же время не закреплять идентификацию с ними и не погружаться в них. Этот процесс двойственной осознанности способствует укреплению организации, а более стабильная организация, в свою очередь, способствует укреплению осознанности.

Иногда клиентам с особенно сложной историей бывает труднее, чем другим, найти хоть какие-то ресурсы. Если они не могут назвать человека, который был бы источником позитивных отношений, я предлагаю им поискать зоны позитивной связи в других сферах жизни. Например, если клиент упоминает, что у него есть обожаемая собака, любовь всей его жизни, я могу сказать:

«Я замечаю, что, когда вы рассказываете про свою собаку, в вас что-то меняется. Что вы осознаете?»

Когда ресурс идентифицирован, я предлагаю им рассказать о связанных с ним чувственных деталях: например, цветах, запахах и звуках. Сенсорные аспекты оказывают мощное организующее и регулирующее действие на нервную систему. Я могу продолжить:

«Дайте себе некоторое время, чтобы заметить, как вы себя чувствуете, когда рассказываете о своей собаке. Расскажите, как вам нравится проводить время в ее компании».

Вспоминая или представляя любые позитивные ресурсы прошлого или настоящего, важно направлять опыт клиента к настоящему:

«Что вы заметили сейчас, рассказывая про игру с собакой?»

По мере прогресса в психотерапии клиент все больше развивает способность воспринимать других людей как возможный источник поддержки, а не угрозы, но изначально психотерапевт должен работать с любыми доступными ресурсами.

Телесная осознанность

НАРМ привносит в традиционные практики осознанности практику телесной осознанности, помогая людям развивать способность к саморегуляции и установлению связей. В рамках НАРМ телесная осознанность является ключевым принципом и используется как техника для регуляции нервной системы и поддержания стремления клиента освободиться от ограничений, накладываемых искаженными идентификациями, включая патологический стыд и вину. Из-за ранней травмы клиенты со стратегией выживания «Связь» страдают от глубокой дезорганизации нервной системы и серьезных искажений идентификации.

В результате телесная осознанность дается им сложнее, чем людям с другими стратегиями выживания, но вместе с развитием этого навыка они заметно растут сами.