Из дальних лет. Воспоминания. Том третий

НАТАЛЬЯ АЛЕКСАНДРОВНА ГЕРЦЕН — НАТАЛЬЕ АЛЕКСЕЕВНЕ ТУЧКОВОЙ

«17 октября 1848 года. Париж^{30}.

Я и дети здоровы. Мы живем на той же квартире, может, перейдем в те комнаты, где вы жили. С неделю тому назад мы собрались совсем в Италию и… и остались. Анненков давно уехал; он не привезет вам портретов, а привезет их вам Селиванов. Тургенев все время жил на даче, — приезжал в Париж на минутку и сейчас занемогал. Недавно он был здесь, — мы виделись с ним в театре и как-то теплее, чем прежде. Я передала ему все, что ты поручила, Natalie; он сказал, что часто вспоминает тебя, что яркими красками описал тебя там, где он находится. Он говорит, что ему весело и хорошо. Эмма[64] вас помнит и много любит; мы видимся довольно часто и всегда говорим о вас. Зачем же вы не прислали вашего письма к ней? Мало женщин, с которыми мне так хорошо, как с ней; она похожа на свежую ключевую воду, бьет без пены, но энергично. Горас бывает часто у Наташи; они питают друг к другу более, чем дружбу».

(Приписка Александра Ивановича Герцена.)

«Дайте вашу руку и вы, и вы, мы много помним вас, потому что много любим. Мы мало пишем — оттого что хочется писать очень много. Здесь такая скука и тоска, что, я думаю, скоро люди будут топиться в Сене.

А. Герцен».