Kairos, критический момент. Актуальное произведение искусства на марше

Предел существования современного произведения искусства (актуального) – в мгновенности воздействия. Мгновение определяет время существования произведения и, конечно, не способно наделить его возвышенными качествами, скорее – отнять их и разрушить. Но самое главное: возвышенное принимает «взрывные» и сверхбыстрые формы в актуальном искусстве. Сила или вкус к Ничто – вот что стоит сегодня за чувством возвышенного.

39

Ресурсы праздного времени истощены, а суждения вкуса – это удел праздных. А это значит: тот, кто судит о жизни с точки зрения вкуса (воспитанного, культивированного содержания чувства), должен обладать необходимым ресурсом времени. И это время не быстрое, а время медленное, жить – это всё же не выживать, а иметь время, чтобы искать, воспитывать, развивать и даже длить (переживать) удовольствия от жизни. Современное общество уже не в силах их сохранять, поддерживать и тем более культивировать. Если мы предполагаем вместе с Вирилио, что мир стал определяться скоростью… Да что там, скорее надо сказать – стал воплощением скорости; всё охвачено скоростной аурой, этим покровом, скрывающим от нас вещи, всё должно повторять себя и делать это всё быстрее. Энергия ускорения захватывает транспортные сети, получение, распределение и потребление информации, все передаточные устройства и носители, определяет мгновенность восприятия и новизну событий, и эта скорость, ставшая материальной субстанцией, окружает нас со всех сторон, – нам никогда не выйти в медленное время мира, от которого мы так безнадёжно отдаляемся[18]

.

Новизна как грозящий нам знак быстроты. К сверхбыстрому времени я отношу не быстроту его протекания, она мгновенна, а фактор исчезновения ближайшего к нам мира, утрата им прежних качеств, плотности и сопротивления. Быстрота не имеет никаких антропометрических характеристик, она неощутима человеческим чувством в отличие от смены скоростей, доступных человеческой физиологии и восприятию. Быстрота сверхъобъективна, она вне параметров человеческого опыта, времени. Поэтому не скорость наделяет мир Реальностью, а быстрота, именно она указывает на то, что мир исчезает в каждом из мгновений, указывает на реальность Исчезновения.

<p>Образ-тело</p>

40

Тело прошло свой путь. В древние времена оно было расщеплённым, несобранным, фрагментированным, поскольку телами обладали только бессмертные боги, а смертные были лишь кукольными подобиями, фрагментами и частицами божественного движения. Полное тело Бога и расщеплённое тело Смертных (древнеегипетская Книга мёртвых, тибетская Книга мёртвых, древнеиндийские гимны, «Илиада» Гомера, весь сказочный фольклор и мифы – вся эта и подобная мифография выстраивает нарративные планы на этом неснимаемом противоречии). В эпоху Декарта рождается первый опыт тела как машины, точнее – первое построение программы по машинизации мира.

41

Интерес к животному возникает в связи с его полной независимостью от того мира, который для нас становится исчезающим, животное (не одомашненное, а дикое) – часть человеческого мимесиса, ибо человек-животное под угрозой, животное в человеке и есть миметическое отношение к миру, то есть наша возможность быть с ним в неком единстве и ритмическом совпадении, то есть остаться животными… разумными, но животными.

42