Kairos, критический момент. Актуальное произведение искусства на марше

Различие по времени (при условии, если мы предполагаем Автора и единство Произведения). Модерн-сознание целиком опущено в прошлое, оно мифогенно и занято лишь тем, что, глубоко осознав свой разрыв с прежней классической (образцовой) культурой, пытается его преодолеть простым, как ему кажется, действием: критически осмыслить статус произведения в новую эпоху. Ценность прошлого, а сюда отнесём: воспоминания, реконструкции, воссоздание предшествующего опыта в новых терминологических уставах, переписывание (если можно так сказать). Все крупные представители модерна копируют и переписывают классические образцы, правда, на язык, которого никто не знает и который переписать уже будет невозможно. Это своеобразная порча классического образца, в решительных попытках его преодолеть.

60

Р. Краусс в ряде статей «Решётки», «Подлинность авангарда» пытается доказать нечто совершенно странное, даже удивительное: по её мнению, модерное/авангардное – то, что в художественном опыте стремится выступать от имени нового, оригинального и подлинного (важнейшие характеристики произведения искусства), – опирается на дух и материю изначальной решётки («конструкции Мира»)[29]. Вся оригинальность и новизна художественного жеста исчерпываются тем, насколько он способен обратиться к самым глубинным слоям опыта чувственного. Однако, если следовать принципу решётки

, то это значит стереть всё, что могло быть нанесено на мировой поверхности и что затрудняло распознание решётчатой основы. Нет поверхности уже не разграфлённой, не разнесённой на клетки… Но что такое квадрат? Не «нулевое ли это означающее», или «изначально идеальное», или «первокопия»? Вот почему Малевич трактует свои супрематические квадраты прежде всего в качестве шаблонов (наряду с архитектонами и таблицами)[30]. Чёрный квадрат (любые квадраты, не только чёрный) – не живопись, а орудие живописи, если угодно – шаблон, с помощью которого возможно модифицирование любого живописного объекта. Живописное, художественное дело вновь стало ремеслом, не столько даже призванием, сколько неким техническим умением наряду с другими умениями, и оно так же, как и все другие умения, участвует в революционном переустройстве Мира. Квадрат Малевича состоит из квадратов, вложенных друг в друга, общей рамки границ полотна (покрытой краской) и внутренних границ квадратов. Такова наиболее примитивная машина живописи, живописи Нового времени (я бы даже назвал её машиной авангарда). Чередование двух квадратов, малого и бо́льшего, в сущности, их игра в одной и той же решётке отношений, чьи ячейки то заняты, то нет, то полны, то пусты, то насыщены светом, то темнотой. Воссоздание древней и примитивной машины живописи – цель авангардного искусства. Смыслом наделяется только то, что причастно к рождению Нового Мира. В модерне и модернизме значение произведения искусства определяется в общей структуре тотального Мимесиса, в авангардном видении, напротив, утверждается Матезис – принцип тотальной трансформации мира[31]

. Надо добавить, что и весь парк новых проектных инструментов живописи – ничто по сравнению с авангардным Проектом как завершённым в себе и абсолютным Произведением.

61

Возможно признание за авангардом какой-то особенной событийности, которая была соответствующей модерну (модернистской). Ведь в нашем определении авангардистское сознание или левое искусство (Б. Брехт, Дз. Вертов, А. Платонов, П. Филонов или В. Хлебников и др.) есть сознание революционное, то есть там, где оно осуществляется, оно открывает такую сторону мира, которая определяется не постепенным характером изменений, а взрывным. Авангардное сознание балансирует между разрушением и возобновлением, «новым началом и концом». Но это начало есть некая цель самого разрушения. Разрушение определяет возможность начала, и чем радикальнее, тем более сокрушительна сама новизна. «Покажи мне, как ты способен разрушать, и я скажу тебе, какой ты авангардист!». Итак, мы приходим к выводу, что авангардистский жест в целом это есть жест полного и завершённого в себе отрицания (то есть такого, которое лишено всяких черт утверждения). Полное нет

противопоставляется бесконечному набору частичных утверждений да. В этом полном нет заключена остановка возможных времён повседневности.

62