Помните, мы обсуждали лимбическую систему несколько глав назад? В ней находятся мозговые структуры, которые управляют реакцией «бей или беги» и нашим восприятием реальных и мнимых угроз. Их цель – сохранить нам жизнь. Они заставляют нас ставить выживание и безопасность превыше всего остального, и порой это не дает нам действовать. Мы слышим «нет» – по большей части либо преждевременно, либо в результате ложной тревоги.
С точки зрения нейробиологии ответ «нет» является результатом захвата мозга страхом и тревогой, которые не позволяют нам действовать, как мы хотим. Это, возможно, самая глубокая из существующих в мозге борозд, потому что на ее создание ушли тысячи, если не миллионы лет.
Лимбическая система, а особенно гиппокамп, – это то место, где обрабатываются физиологические и эмоциональные реакции. Миндалина, которая связана со всеми остальными структурами лимбической системы, является центром воспоминаний, связанных с тревогой и стрессом: проблемы с тревожностью, как правило, сильно коррелируют с уровнем активности в миндалине.
Такая реакция заложена в каждом из нас, но в некоторых индивидах этот нейронный путь может стать еще более мощным. Создать установку на страх и тревогу при мысли о чем-то неизведанном не составит особого труда.
Например, страхи обычно начинаются в детстве, когда еще нет голоса логики, способного успокоить. Большинство тревожных расстройств также формируются в молодом возрасте, что делает соответствующие нейронные связи еще более сильными и прочными.
Многократные встречи со страхом и тревогой в детстве оказывают сильнейшее воздействие на проводящие пути, особенно в вентролатеральной префронтальной коре и боязливой миндалине. У людей с повышенной тревожностью, которые склонны сосредотачиваться или зацикливаться на своем состоянии, также наблюдаются изменения в передней поясной коре и островковой доле.
Период быстрого роста, который мы проходим в подростковом возрасте, совпадает с развитием наших нервных сетей, особенно в том, что связано с нашими мыслями, действиями и чувствами. На этом этапе мы начинаем избавляться от
Как результат, мы имеем вредные нейронные пути, о которых даже не подозреваем. Механизмы, отвечающие за генерацию нервных импульсов, сформированы так, чтобы нам было легче отсеивать ситуации, способные вызвать тревогу и страх. Мы действуем исходя из наших первоначальных установок, потому что они занимают много пространства в нашем сознании. Важно не забывать, что у этого может быть две стороны: процессы внутри нашего мозга могут спасать нас от эмоционально разрушительных ситуаций, но они также могут удерживать нас от позитивных событий.
К примеру, кому-то может не хотеться вставать на беговую дорожку и заниматься спортом, потому что в сознании этого человека такая деятельность связана с несчастным случаем, произошедшим ранее в жизни. По какой-то причине миндалина расценивает физическую активность как потенциальный источник опасности. Нейронный путь, отвечающий за негативную реакцию на физические упражнения, прочно устоялся и сильно упрощает ее передачу.
Страх запрограммирован в мозге каждого неслучайно. Это чувство – естественная часть человеческого бытия. Это нормально и не является признаком слабости. Способность испытывать страх – это совершенно обычный аспект работы мозга. Более того, отсутствие страха может говорить о серьезном повреждении мозга.
Когда человек сталкивается со страхом, тот может пойти по одному из двух основных путей в мозге. Один из них бессознательный, неявный и почти мгновенный. Это первичный путь. Другой – сознательный, явный и гораздо, гораздо более медленный. Конечно, это вторичный путь.
Первый путь связан с миндалиной. Когда человек чувствует опасность, миндалина перехватывает контроль и мгновенно запускает механизмы, активирующие связанные со страхом контуры, которые в свою очередь высвобождают гормоны стресса: кортизол и адреналин. Это приводит к учащению сердцебиения и повышению артериального давления. Другие физиологические реакции включают потливость ладоней, сухость во рту и напряжение в мышцах.