Как взять себя в руки и наконец-то сделать. Готовые стратегии для достижения любой цели на работе, в учебе и личной жизни

Для большинства целей мотивация сделать правильно сосуществует с мотивацией довести дело до конца, и они не раз меняются местами на протяжении всего пути. Иногда они пересекаются, как это бывает у бегунов на соревнованиях. В других случаях они вступают в противоречие друг с другом. Вы можете поступиться принципами, чтобы закончить работу, как в случае с подрядчиком, который, желая быстрее завершить ремонт, решил пропустить важные этапы, например, не убедился, что электромонтажные работы выполнены надежно. Тем не менее в значительной мере данные виды мотивации существуют независимо друг от друга.

Мы мотивированы делать что-то правильно – получать работу или выигрывать игру, – основываясь на собственных навыках и знаниях. В основном потому, что нас волнует, как наши действия раскрывают нашу личность. Мы хотим производить хорошее впечатление на людей. Поэтому предпочитаем делать все с помощью надлежащих средств, с соблюдением высоких стандартов и моральных принципов. Мы также заботимся о том, какое впечатление производим на самих себя. Когда никто не видит, все равно необходимо соответствовать своим принципам.

Вспомните, что мы узнаем о себе точно так же, как о других, – делая выводы из нашего поведения (если свидание привело вас на политический митинг, позже вы заключите, что поддерживаете идею митинга). Когда мы смягчаем собственные принципы, мы сигнализируем самим себе, что у нас низкие стандарты.

Следование высоким стандартам помогает нам поддерживать высокую самооценку и вдобавок получать уважение от окружающих; а послабление этических норм и качества работы негативно сказывается на том, что другие думают о нас и как мы видим самих себя.

Для иллюстрации данной идеи представьте, как бы вы отнеслись к получению денег, которые вам не принадлежат. Когда я нахожу доллар на земле, я радостно поднимаю его и кладу в карман. Но однажды, покупая билеты в художественный музей в Цюрихе, я заметила на земле швейцарскую купюру в сто франков (около $110). Предположив, что кто-то уронил ее, когда покупал билеты, я долго ждала в вестибюле, надеясь, что человек вернется за деньгами. Совсем не в радость брать такую большую сумму у незнакомца. В конце концов, чтобы уберечь самооценку (я не вор), я пожертвовала деньги движению по защите прав животных.

Большинство людей чувствовали бы то же самое. Если кассир в продуктовом магазине взял с вас на доллар меньше, велика вероятность, что вы не будете исправлять ошибку. Дополнительный доллар – это небольшой выигрыш, который никому особо не повредит. Но что, если бы с вас взяли на $20 или $30 меньше? Многие, скорее всего, указали бы на ошибку, чтобы выйти из магазина в хорошем настроении, а не с чувством вины.

Но не все действия имеют равное значение. Некоторые, как, например, ситуация с той швейцарской купюрой, многократно и всесторонне анализируются, в то время как другие остаются незамеченными, привлекая меньше внимания и обсуждения. Если вы подозреваете, что никто, включая вас самих, не обратит внимания на ваше поведение, вы можете вести себя не лучшим образом, не слишком беспокоясь о том, что о вас подумают другие или вы сами. Вспомните студентов, которые открыто признались, что обдумали бы ограбление банка, если бы знали, что их не поймают. В этом сценарии их все еще могло бы остановить собственное представление о добре и зле. Но если вы когда-нибудь быстро съедали вкусный десерт над раковиной, прежде чем включалось самосознание, вы знаете, что значит скрывать действия от самого себя.

Итак, как меняется мотивация делать все правильно в процессе движения к цели? Ответ кроется в тенденции некоторых действий казаться более скрытыми. И, как правило, легче скрывать что-то от других и от самих себя в середине. Мы видим пример в эксперименте, который Майя Бар-Хилл ель провела с тестовыми вопросами. Людей, которые зарегистрировались для участия, попросили написать один вопрос с четырьмя вариантами ответов. Они могли выдумать что угодно. Если бы я участвовала, я могла бы написать: «Назовите столицу Иллинойса: А. Чикаго, Б. Спрингфилд, В. Шаумбург или Г. Детройт». Исследователей не волновала суть вопроса, они просто хотели знать, куда участники прятали правильный ответ. Если бы ставили их в действительно случайных местах, около 25 % правильных ответов были бы в позициях А, Б, В и Г. Но это не так. Около 80 % участников решили поместить правильный ответ в одну из двух средних позиций: Б или В. Наивные участники прячут правильный ответ в середине, потому что они кажутся скрытыми.