Карибский кризис глазами российских подводников (пятьдесят пять лет спустя)

И вот в 1959 году И. Ганзелка и М. Зикмунд отправились в новое путешествие по странам Европы, Азии и Океании, рассчитанное на пятилетний срок. Позади пройдено три четверти пути. В настоящее время они на своих вездеходах проезжают Центральную Яву, остановились в Сурабае. Оставив свои машины во дворе Генерального консульства СССР, прибыли к нам в военный городок для встречи с её жителями. Встреча состоялась на зелёной лужайке Капалу. В центре лужайки в плетёных креслах разместились наши гости, справа и слева от них полукругом – наши подводники. После взаимных приветствий слово было предоставлено нашим гостям. Выступал в основном Иржи Ганзелка, довольно хорошо владеющий русским языком. Конечно, в первую очередь моряков интересовали вопросы о Западном Ириане. Каково впечатление путешественников о населении Ириан Джая? Что они собой представляют? Почему голландцы так долго цеплялись за исконно индонезийские территории? Были ли среди населения Западного Ириана выступления против колонизаторов? В чём эти выступления выражались?

Ганзелка отвечал, в том смысле, что как такового сопротивления голландским властям со стороны коренного населения в Западном Ириане они с Зикмундом не наблюдали, а партизанское движение в период индонезийско-голландского конфликта в этом районе было организовано исключительно диверсионно-разведывательными подразделениями индонезийских вооружённых сил. О национальном самосознании можно говорить лишь в отношении народов Индонезии, населяющих Яву, Суматру, Калимантан и другие острова. Однако для папуасов и меланезийцев, как коренных жителей Западного Ириана, проблема национального самосознания как бы не существует. В тропических лесах они себя чувствуют хозяевами, и им нет никакого дела, какому государству принадлежат регионы, в которых они проживают. И это вполне логично, утверждали Ганзелка и Зикмунд, так как коренные племена как восточной, так и западной части острова Новая Гвинея живут по-прежнему в каменном веке.

На вопросы политической оценки событий, связанных с Освобождением Западного Ириана от голландских колонизаторов, наши гости отвечали уклончиво, ссылаясь на тезис о том, что это внутреннее дело Индонезии и президента Сукарно, а оценку этим событиям даст История. В дальнейшем наши друзья-путешественники отвечали на вопросы технического порядка и оснащения их экспедиций. Здесь основным докладчиком выступал Мирослав Зикмунд. Встреча прошла весьма оживлённо, вызвала живейший интерес наших подводников. Пожелав дальнейших успехов в их фактически кругосветном путешествии, в написании и публикации очередных очерков о пройденных путях, мы тепло и дружелюбно расстались.

Несмотря на красоту экзотической Индонезии, нормальные дружеские взаимоотношения советских экипажей с индонезийскими, благожелательное отношение населения Сурабаи к советским морякам-подводникам, многих из нас одолевала своеобразная ностальгия по родным и близким, отеческим местам проживания, прежнему ритму и укладу жизни. Таким образом, многих из нас на практике стала одолевать своеобразная болезнь, переводимая на русский язык, как «тоска по Родине». Однако воинская служба есть священный долг перед Родиной, и с ностальгией по отеческим местам каждому из нас приходилось бороться, притупляя её, и по мере своих способностей старались скрывать её проявления. Во всяком случае, большинство из нас по этому поводу не высказывалось, полагая, что пребывание в чужой стране по времени не безгранично, и в какое-то время мы вновь окажемся в Союзе в кругу своих родных и близких.

В конце сентября командование бригады отдало распоряжение командирам лодок по согласованию с флагманскими специалистами готовить списки подводников – очередников на отправку в Союз. В списки разрешалось включать лишь тех моряков, которые не были задействованы в выполнении программы теоретического обучения и практической подготовки вновь набранных индонезийских экипажей.

Подходит как-то ко мне старший матрос Михаил Кузнецов, исполняющий обязанности командира отделения торпедистов пл С-236, обращается:

– Товарищ капитан-лейтенант, на нашей лодке составляют список первоочередников для отправки на Родину. Прошу Вас, походатайствуйте перед нашим командиром, чтобы и меня включили в список. Без Вашего разрешения меня даже слушать не станут.